Светлый фон

– Что это?..

Внезапно я понял. Кто-то хлопнул лошадь по заду. Крупный, мускулистый шайрский конь, минимум на фут выше нашей кобылы, поравнялся с нами справа и тоже мчался в сторону моста. Я видел лишь крупную тень его седока, а за спиной у того на ветру реяли полы расшитого плаща Хильды.

Макгрей повел было лошадь в сторону, но в этот момент ездок отвесил тумак ему в голову. Макгрей почти увернулся, но кулак все равно попал ему в висок. Даже я почувствовал, как все его тело сотряслось от этого удара.

Тяжеловоз атаковал снова и, нагнав нас с невообразимой скоростью, оттеснил нашу лошадь влево.

Я еще сильнее вцепился в книгу – рука уже онемела – и посмотрел вперед. Мост был уже так близко, что я слышал, как под ним плещутся воды Темзы. Мне даже почудился запах речной воды.

Но лошадь наша замедляла бег, ржала и фыркала, натужно всхрапывала. К нам снова приблизился тяжеловоз.

Бандит опять метнул свой кулак в Макгрея. На сей раз тот уклонился, но тут шайрский конь вырвался вперед, и Хильда дотянулась до книги.

– Чтоб тебя! – рявкнул я, когда она схватилась за нижний угол.

Чтоб тебя!

Я крепче прижал к себе книгу, ведьма решительно тянула ее в свою сторону. Я проклинал свой перелом и ноги, которые соскальзывали с лошадиной спины. Проклинал эту чертову бабу, которая дергала и выдирала у меня книгу и которая была теперь так близко, что я видел, как она облизывает губы своим мерзким перепачканным языком, и чувствовал гадкий запах ее волшебного наркотика. Неудивительно, что рана в плече нимало ее не тревожила.

волшебного

Когда мы въехали на мост, сзади раздались новые выстрелы и громогласный оклик:

– Стой!

Стой!

Это был Шеф – его голос смешался с топотом множества копыт.

– Ох, горите вы все в аду! – взвыл я, пытаясь удержать книгу. Хильда гоготала, я ревел как зверь, последний дюйм книги неудержимо выскальзывал из моих рук.

Ох, горите вы все в аду!

Еще один выстрел.

До того оглушительный, что я подумал, не попали ли мне в голову. Лошадка наша рухнула как подрубленная – упав мордой в дорожную грязь, бедное животное пронзительно, страшно закричало.

В тот же миг я лишился книги и покатился по земле, тыкаясь и врезаясь в Макгрея.