Я был настолько разбит, что не мог больше сопротивляться движению и просто отдался инерции, которая тащила меня по истоптанному снегу, пока не иссякла.
Я лежал посреди моста лицом вверх – черное небо оказалось утыкано расплывчатыми танцующими звездами. Голова завалилась набок, и я успел заметить коня ведьм, который мчался прочь с ошеломительной скоростью, а вдогонку ему летели пули. Вслед за ним неслись еще две лошади, и вскоре все они растворились в ночи.
Ошалелый и почти бездыханный, я только и мог, что лежать на ледяных камнях. В нескольких ярдах простучали и остановились копыта. Я слышал скрипучие голоса – среди них и голос Макгрея, но не мог понять, о чем они говорят и что происходит.
Трое мужчин с револьверами обступили меня. Одним из них был широко улыбавшийся Шеф.
Я снова увидел массивную повязку у него под носом. И вспомнил тот бесподобный удар, который нанес ему, когда мы с Харрисом улепетывали от него в Йорке.
– За это мне следует поблагодарить вас, мистер Фрей, – сказал он и постучал пальцем по белому бинту. – Сравняем счет?
Он задрал ногу, и та зависла прямо над моим лицом. Я увидел грязную подошву его ботинка и представил, как та сминает мой череп.
Я не сумел сдержать стона, и он зашелся от хохота.
– Ах, ладно, вас и так уже хорошо отделали. – Он кивнул своим людям. – Унесите его.
Двое подхватили меня – мое тело повисло, как у тряпичной куклы, – а сзади подошел третий и завязал мне глаза.
Последним, что я увидел, была издевательская ухмылка Шефа, и когда он заговорил, голос его прозвучал на октаву ниже:
– Не добивайте его пока, ребята. Потешим взор ее величества.
ДНЕВНИК – 1848Выдержки из разных записей. Рамсгит. Среда – 12 января. Сегодня я ходил по комнате (слава богу) один час и 18 минут. [Август, дата неразборчиво.] Увы и ах, я хожу только по своей комнате. […] Увы, я ходил по комнате всего 6 минут. [Последняя запись.]