— Стой здесь, — Паула вышла с кухни.

Энди не смогла бы пойти за ней, даже если бы хотела. У нее было такое ощущение, будто ступни приклеены к плиткам пола. Ничто из того, что эта страшная незнакомка сказала о ее матери, не было новостью, но Паула облекла это в такую форму, что Энди начала понимать: те грани, которые демонстрировала ее мать, не были разными сторонами одного целого. Это был камуфляж.

Ты понятия не имеешь, кто я. Никогда не имел и никогда не будешь.

— Ты еще здесь? — крикнула ей Паула из какого-то дальнего конца дома.

Энди потерла лицо руками. Ей пока что стоило забыть обо всем, что сказала Паула, и убираться отсюда к чертям. Эта женщина в любом случае была опасна. Она явно к чему-то подводила. Энди не стоило сюда приходить.

Она открыла ящик стола, вырвала портреты Капюшона и Майка из блокнота, пихнула себе в задний карман и открыла двери кухни.

За ними стояла Паула Кунде и целилась дробовиком ей в грудь.

— Господи! — Энди отскочила обратно к двери.

— Руки вверх, идиотка!

Энди медленно подняла руки.

— Тебя прослушивают?

— Что?

— Жучки? Микрофоны? — Паула сначала похлопала по футболке Энди спереди, потом сзади, затем проверила карманы на джинсах.

— Она послала тебя, чтобы загнать меня в ловушку?

Что?

— Да ладно тебе. — Паула ткнула стволом в грудь Энди. — Говори, мартышка. Кто тебя послал?

— Н-н-никто.

— Никто, — Паула хмыкнула. — Скажи своей матери, что твое глупое представление а-ля ежик в тумане меня почти убедило. Но если я когда-либо увижу тебя еще раз, я буду жать на курок этой штуки, пока она не опустеет. А потом я перезаряжу ее и приду за ней.

Энди чуть не описалась от страха. Каждая частичка ее тела дрожала. Она держала руки в воздухе, не спуская глаз с Паулы, и медленно двигалась по коридору. Она споткнулась о порог гостиной.