Энди узнала белое поло на пуговицах из голубого «Самсонайт». Часть набора Лоры для побега со склада в Карроллтоне.

— Быстрей, — Паула снова оглядела парковку, помогая Энди надеть рубашку. — Если вздумаешь кричать, не стоит. Я не могу застрелить тебя, но застрелю любого, кто попытается тебе помочь.

Энди начала застегивать пуговицы.

— Что ты сделала с Кларой?

— Твоей второй мамочкой? — Она хохотнула, увидев выражение лица Энди. — Они растили тебя почти два года — она и Эдвин. Ты не знала?

Энди отчаянно пыталась не реагировать. Она опустила голову и уставилась на свои пальцы, медленно застегивающие пуговицы.

Эдвин посмотрел на нее по-отечески, потому что был ее отцом?

Паула продолжила:

— Они хотели оставить тебя, но Джейн забрала тебя себе, потому что такая уж она эгоистичная сука. — Паула внимательно наблюдала за Энди. — Кажется, ты не удивлена, что настоящее имя твоей матери Джейн.

— Зачем ты убила Эдвина?

— Господи, девочка. — Паула захватила наручники из багажника. — Ты всю свою жизнь провела с рыболовным крючком во рту?

— Видимо, — пробормотала Энди.

Паула захлопнула багажник. Взяла два пластиковых пакета. Пистолет вернулся к ней за пояс, но одной рукой она все еще его придерживала.

— Пошли.

— Эдвин… — Энди пыталась выдумать какую-либо остроумную уловку, чтобы заставить ее выдать правду, но ее мозг сейчас не был готов к такой акробатике. — Он мой отец?

— Если бы он был твоим отцом, я бы уже выстрелила тебе в грудь и насрала в дырку. — Она помахала Энди, чтобы та шла быстрее. — Наверх.

Идти по прямой было относительно просто, но вот подъем по лестнице чуть не убил Энди. Она держалась за бок рукой, но ощущение, что внутри кто-то проворачивает нож, не уходило ни на секунду. Каждый раз, когда она поднимала ногу, ей хотелось кричать. Но крик скорее всего заставит людей выйти из своих номеров, Паула их всех перестреляет, и тогда на совести Энди будут не только смерти Эдвина Ван Виза и Клары Беллами.

— Налево, — сказала Паула.

Энди пошла по длинному темному коридору. Перед ее глазами плясали тени. Вернулась тошнота. Боль стала острее. Она держалась рукой за стену, чтобы не споткнуться и не упасть. Почему она смирялась со своей судьбой, словно глупый лемминг? Почему она не закричала на парковке? Люди в наше время не бегут на помощь сломя голову. Они звонят в полицию, а уж полиция…