— Я не буду спорить с вами, — сказал Джейсон Булл. — Но надо родиться на берегах Миссисипи, чтобы признать, что в состоянии Медоры Лиретт, скорее всего, виновен poudre de mort, порошок смерти. Тетродотоксин, если вы предпочитаете научный термин. Женщины, освобожденные из сетей работорговцев, вновь обретают сознание и волю, если им перестают давать наркотики. С Медорой Лиретт так не выйдет, потому что она знает, чего ей не хватает.

— Того, что у нее забрал Самеди? — уточнил Шарбу.

— Le petit bon ange. Маленького доброго ангела, который в ней жил. Души.

— Мне кажется, мы слишком удалились от темы, — все еще раздраженно сказал Шарбу. — Я, конечно, не блестящий агент ФБР, — он покосился на напарника, — но, по моему скромному мнению, все это притянуто за уши. Невозможно определить почерк преступника только по тому, что Медора исчезла во время урагана, тем более ожидать, что через десять лет все повторится.

Дюпри болезненно поморщился и откинулся назад; лицо его еще сильнее покрылось потом.

— Вам пора отдохнуть, — встревоженно заметил Джонсон.

Дюпри поднял руку, прося дать ему время прийти в себя.

Булл подошел к его носилкам и вздохнул.

— Расскажите ему, пожалуйста, — попросил он Дюпри.

Тот уставился в пустоту и заговорил:

— В шестьдесят пятом году на Луизиану обрушился ураган «Бетси». Дамбы прорвало, город затопило, люди захлебывались на чердаках своих домов, вот почему я запомнил призыв мэра Вика держать на чердаке топор. Мне было четыре года. В ночь, когда все это произошло, Нана, двоюродная сестра моего отца, присматривала за семерыми детьми, а также собственной дочерью: четырьмя девочками, живущими по соседству, моей кузиной, моей сестрой и мной. Ураган застал моих родителей в Гранд-Айле, и они не могли оттуда выбраться. Папы и мамы девочек работали в Батон-Руже или на побережье, и Нана устроила у себя дома что-то вроде детского сада, куда забирала детей, живших по соседству. Всю ночь мы провели без сна у нее на чердаке, где было окно. Рано утром в дом ворвались какие-то люди, избили нас с Наной и забрали девочек. В течение нескольких месяцев о них писали все газеты. «Шесть девочек из Треме», так их называли. Вначале говорили о похищении, но ничего не нашли, ни единого следа. Через два года девочек занесли в официальный список пропавших без вести во время урагана «Бетси».

Все затаили дыхание, глядя друг на друга и не зная, что сказать.

— Но я был свидетелем, — продолжал Дюпри. — Я был ребенком, но точно знаю, что унес их не ураган: я собственными глазами видел, кто это сделал.