Скоро. Скоро. Очень скоро.

Элен неплохо начала игру, выбросив две шестерки.

Несколько минут мы играли молча. Я оглядел комнату и заметил, что Уинтерс поставил по человеку у каждой двери, и еще один оставался на улице под окнами. Сам лейтенант делал вид, что читает журнал.

— Ну, скоро это кончится, — сказала Элен, тряся кости.

— Ты будешь довольна?

— О Боже, конечно! Хотя из-за твоих дурацких таблеток я пропустила прием у Бесс Прингл.

— Бесс Прингл устраивает множество приемов.

— Я знаю, но мне хотелось попасть именно на этот.

Я забрал одну из ее фишек, она ругнулась и бросила кости, но ход не выпал.

— Питер, милый, кто это сделал? Скажи, я умираю от любопытства.

— Ты, дорогая.

Она бросила кости, выкинула четверку и забрала мою фишку. Лицо ее даже не дрогнуло.

— Какую гадость ты сказал, пусть даже только в шутку.

— Какую гадость ты сделала, пусть даже только в шутку. Я вполне мог бы пережить, что ты решила устранить отца и Руфуса, но это верх недружелюбия — пытаться отравить собственного жениха. Какая бессердечность!

Элен улыбнулась своей обычной ослепительной улыбкой.

— Тебе придется очень постараться, чтобы это доказать, мой ангел, — сказала она так тихо, чтобы слышал только я.

— А все уже доказано; весь день я занимался сбором доказательств.

— И?

Все мои фишки оставались в доме. Я начал выводить их на простор.

— Еще маленькой испорченной девчонкой ты была помолвлена с племянником Вербены. Но в последнюю минуту греховная страсть заставила тебя бежать с культуристом. Отец поймал вас и вернул тебя домой. Он аннулировал твой брак, и ты его возненавидела. Став достаточно взрослой, ты покинула дом навсегда.