Она что-то буркнула, продолжая игру, хотя теперь бросала кости и передвигала фишки чисто машинально. Я продолжал делать то же самое.

— Итак, ты завладела бумагами и умело бросила подозрение на Руфуса еще до того, как про алиби Роджера стало известно мне или полиции. Думаю, что, если бы все так и осталось, ты могла бы выпутаться. Но ты потеряла голову. Дело против Помроя в любую минуту могло развалиться. Ты смогла навлечь подозрения на Руфуса, но считала, что этого недостаточно. Вместо того чтобы заставить меня идти по бумажному следу, ты послала бумаги следом за мной… Совершенно случайно именно бумажный след заставил меня двинуться в правильном направлении. И знаешь почему?

— Не знаю и знать не хочу.

— И все же я скажу. Твоя мать случайно произнесла при мне эту фразу спустя несколько минут после того, как я получил письмо. Я даже подумал, что написала его она. Позже, когда я абсолютно уверился, что она письма не писала, меня вдруг озарило: «бумажный след» — это старая детская игра, в которую она играла сама и которой научила дочь. Другими словами, это чисто семейное дело.

— О, ради Бога! — презрительно воскликнула Элен. — Не могу больше слушать эту чушь на пустой желудок. Принеси выпить, или я возьму сама.

— Еще не время. Просто я подумал, что тебе будет интересно, как мой изощренный ум смог пробиться через семантические ассоциации к правильным выводам.

Я замолчал, ожидая реакции, но она с презрительной миной продолжала игру.

— Дальше события развивались стремительно. Ты решила, что Холлистер должен покончить с собой и собралась толкнуть его на это, угрожая разоблачением. Но фокус не сработал. Ты позвонила ему в офис, когда я был там, и договорилась о встрече в полночь. Он пришел в ужас от того, что может попасть в руки полиции. А ты прихватила на свидание пистолет матери, из которого в детстве стреляла по мишеням на заднем дворе.

— Я думала, в ту ночь мы все были в клубе «Чеви-Чейз».

— Все, кроме тебя: с половины двенадцатого до половины первого ты была занята не мускулистым моряком, офицером, а убийством Руфуса Холлистера. Домой ты приехала на такси и проскользнула внутрь через неохраняемый боковой вход, о котором потом проболталась мне. Тебе пришлось подождать, пока не убрался взбешенный Ледбеттер; потом ты вошла, застрелила Руфуса из пистолета матери, наспех напечатала признание, покинула дом тем же путем, каким вошла, вновь поймала такси и присоединилась в клубе к Ленгдону. На все понадобился ровно час.

— Полный бред.

— Сегодня днем я посетил компанию таксомоторов, где после трех часов нелегких поисков тебя надежно опознали.