Рид улыбнулся.

— Я тебя прекрасно понимаю, — сказал он, — но не мы выбираем времена, а времена выбирают нас. Мы можем только выбрать, как нам себя вести в это время. Не правда ли? Скрываться? Бежать от проблем? Твой ли это вариант? Ты всегда искала участи более осознанной, чем удел скромного наблюдателя. Найти вершину — это твоя главная задача.

— Вершину чего? — спросила Кристина. — Что ещё вы знаете об Организации, чего не знаю я? Какова их цель?

Адмирал улыбнулся.

— Вот, — сказал он, — ты уже задаешь правильные вопросы. SIGMA — это часть системы. Системы, которая окружает нас. Их люди уже повсюду. Но чем больше у людей власти, тем ещё больше они хотят. Проникнуть в самые сокровенные уголки бытия, уничтожить любую приватность, чтобы люди не могли от них скрыться. Не слишком сверхзадача, чтобы поддерживать самое себя, не правда ли?

— И какова же угроза? — спросила Кристина.

— Человеческое сознание, — сказал Рид, — оно порождает удивительную способность: искать правду. А поиски правды это, если хочешь, поиски добра. Помнишь, ещё Лев Толстой говорил…

— Нет величия там, где нет простоты, добра и правды, — улыбнулась Кристина, — я помню.

— Вот именно, — кивнул Рид, — задача системы постоянно воспроизводить себя, подстраиваясь под меняющийся мир. Сегодня это SIGMA — рационально-точная структура, призванная установить новый и самый страшный диктат. Диктат для разума. Создать и погрузить человека в мир грёз, исключив его из любых публичных процессов и сохранив только саму себя в пустоте хаоса. Охотницы — только часть системы, цербер для одной цели: искать и уничтожать тех, кто однажды бросит системе вызов.

— Кто? — спросила Кристина. — Кто может бросить вызов?

Рид мрачно усмехнулся.

— Пока это никому не удавалось, — сказал он, — те, которые пытались, лишь отсрочивали процесс, но то, что не получилось у них, получится у тебя.

— Почему я? — спросила Кристина.

— Любимый вопрос человека в твоем положении, — сказал Рид, — положении человека на распутье. Постараюсь ответить, ты всегда была над ней и вне её, поэтому на тебя не будут действовать общие законы этого мира, а значит, ты сохранишь ясность рассудка и не будешь зависеть от системы, тогда как другие уже настолько привыкли к комфорту и управляемости, что будут драться за это.

Девушка резко откинула голову на спинку кресла, устремила взгляд в потолок, словно бы там можно было прочитать ответ.

— Я всегда знала, что у меня низкий порог скуки, — устало сказала она, — вот только герой из меня, поверьте, ни к черту.

Рид только пожал плечами.