– Дьявол! Завяжите ему рот! Опасен его язык, а не тело!

Патрик принялся исполнять приказ, Сара помогала, а доктор, не находя себе места, продолжал надсаживаться:

– Его тело бессильно без его языка! Как же я раньше не понял! Ему следовало подсократить язык, я бы мог давно вернуть его обратно приёмной семье…

Карлсен, чьи губы прижимало несколько слоёв ремней, что-то мычал, от его интонаций у Джейкобса начала закипать голова. Он чувствовал себя измученным.

Тут не выдержала Сара – без команды доктора с размаху воткнула орбитокласт Адаму в лоб.

Патрик пришёл на помощь – принялся забивать торчащий инструмент молотком, вколачивая его глубже и глубже.

– Не останавливайся! Ни в коем случае! – всё кричал доктор. – Он ещё силён!

Удары железа быстро наполнили чердачное пространство. Воздух сотрясался в звонком эхе.

Вместо крови из Адама летели кусочки земли. Отверстие во лбу становилось больше, и в стороны от него по черепу пошли трещины. Земля разлеталась вокруг, одежда и лица присутствующих – скоро всё было в ней, сырой земле.

Где-то там, считал доктор, были зарыты камни мудрости Карлсена.

Он их достанет, изучит, будет раскалять, царапать и рассматривать под микроскопом.

А затем – вложит их в голову своей сестре, и тогда уйдут семейные беды и заживут они счастливо…

Сара ахнула:

– Сэр, смотрите!

Что-то начало выталкивать орбитокласт, тот дрожал, как могильная плита перед восстанием мертвеца, пока не вылетел и не треснул Патрика по носу. Патрик даже молоток выронил от неожиданности.

Майкл Джейкобс не поверил глазам: из развороченного лба, полного земли, со скрипом вытянулся короткий стебель. Все замерли в неясном ожидании.

– Не дайте ему зацвести!

Голос позади доктора заставил его вздрогнуть и обернуться.

Там, в проёме, стояла крупная фигура.

– Ма! Скорее! – заныл и затрясся Патрик.