— А его машина здесь?

— Не знаю.

— Кто-нибудь приходил сюда?

— Зачем? — удивилась женщина.

— Вы же сказали, что дом предназначен для продажи!

— Нет, никто не приходил.

— Было ли объявление о продаже?

— Нет.

— Тогда откуда вы знаете, что дом для продажи?

— Ну, Фила давно нет здесь. Что же можно еще подумать?

— Может быть, мистер Кеттеринг живет еще где-нибудь? Может быть, где-нибудь в городе?

— Никогда не слышала, чтобы он говорил, что у него есть в городе жилье.

— Он когда-нибудь уезжал на долгое время раньше? Кроме охоты, я имею в виду?

— Нет, — ответила женщина.

— В каком банке застраховано его имущество?

— У него нет недвижимого имущества.

— Откуда вы знаете?

— Он сам говорил нам. Только два человека владеют здесь собственными домами. Это Фил и одна пожилая чета, там, ниже по улице. Мы все здесь арендуем Эти дома и делаем месячные взносы за жилье в банк. Нет, Фил не платит ничего. Он выложил за дом почти 8500 долларов, сразу как вернулся из армии. Он прибыл из Германии с кучей денег. — Она посмотрела на полицейских с таким видом, словно знала что-то важное и секретное.

— Он что, продавал казенное имущество на черном рынке? Женщина кивнула:

— Сахар и кофе. Он служил на кухне. В звании сержанта, я думаю. У него были излишки и он продавал их немцам. Он здорово заработал на них. Поэтому и заплатил наличными за этот дом.