«Где он научился так буквы тянуть? – подумал я, глядя на Бегунцова. – И зачем? Тут есть глухие?»

На представление бойцов зрители ответили жидкими аплодисментами. Звонарев пометил что-то на бумажке и подпер подбородок рукой.

Хлебников и Дагаев вышли, хмуро пожали друг другу руки и выслушали наставления Пекуша и Бегунцова. Потом Бегунцов взмахнул рукой, крикнул: «Бой!» и отскочил в сторону. Хлебников тут же пошел в атаку и не прекращал ее до тех пор, пока буквально не вогнал противника в землю. Бой занял меньше минуты. Бегунцов поднял руку Хлебникова. Дагаев в сопровождении Бальчиса удалился из зала, размазывая по лицу кровь.

Следующий бой длился значительно больше. Сошлись два борца-классика. Оба были кавказцами и так походили друг на друга, что вскоре я перестал различать, где из них кто. Ударной техникой они владели слабо, в основном боролись в партере. На исходе первого раунда болевым приемом на ногу победил «наш». Я удивился: это значит, что запланирован какой-то процент поражений команды противников? Или заранее предопределен исход только моего поединка, а все остальные дерутся честно?

– На ковер вызываются Олег Звонарё-ё-ё-ё-ёв и Константин Ор-р-р-р-дынский! Мастер спорта по самбо, обладатель черного пояса по карате-до, неоднократный победитель областных и республиканских соревнований…

Профилирующий вид Звонарева Бегунцов не объявил, зато мои регалии перечислил с избытком и наградил черным поясом, которого у меня не было. Наверное, для того, чтобы победа генеральского сына выглядела внушительнее.

Я угадал, противником оказался тот самый блондин с наглым взглядом. Мы были примерно одного роста и телосложения. Когда мы обменивались ритуальными рукопожатиями, по его взгляду я понял, что он знает о написанном для нас сценарии боя. А собственно, чего я ждал? Что он не участвует в этой грязной игре?

Бегунцов ощупал мои перчатки, шепнул:

– Не забыл? Восьмая минута. – И дал сигнал к началу поединка.

Я пошел в атаку. Я решил задать генеральскому сыну хорошую трепку. Пусть победитель умоется кровью и навсегда запомнит свою купленную победу.

Защищался он неумело. Я молотил его, как тренировочный мешок, доставая и руками, и ногами. Он остался стоять только потому, что я ему это позволил.

Я сбавил темп, давая ему возможность очухаться. Он отступил, опустив руки, и оглянулся на зрителей. Вид у него был такой, как будто он хотел им сказать: «Вы видели, что он делает?»

Я снова пошел в наступление. К чести Олега, он попытался контратаковать, но я легко отбил его удар ногой и провел мощную серию в голову. Он пошатнулся и попятился. Из носа у него потекла струйка крови, левый глаз начал заплывать. Бегунцов свистнул, останавливая поединок. К Звонареву подбежал Смеляков. Осмотрел повреждения, вытер кровь и хотел сделать что-то еще, но Звонарев его оттолкнул и злобно посмотрел в мою сторону.