– Я тоже хочу попробовать, – сказала я и потянулась к упаковке с шоколадками, которую Сильви держала на коленях.
– Кончайте, – велела мама, перестраиваясь в левый ряд.
В ее голосе не было злости, только усталость.
Мы преодолели подъем, и дорога начала спускаться вниз. В темноте впереди нас замаячил виадук.
– Дай мне, – упорствовала я, нагнувшись вперед, чтобы дотянуться до пакетика.
– Даже не думай, – проворковала Сильви и потрясла упаковкой практически у меня перед носом, прекрасно сознавая, что мне ее не достать.
– Ясмин, – резко одернула меня мама, но я не придала значения. Я вытянулась вперед, насколько было возможно, и ухитрилась ухватить пакетик.
Я потянула к себе, Сильви – к себе. Упаковка лопнула, и шоколадки разлетелись по салону.
– Ясмин! – закричала мама, оторвала правую руку от руля и схватила меня за запястье, одновременно вклиниваясь в полосу перед грузовиком.
– Ай, – воскликнула я, освобождая руку.
И тогда случилось это.
То, что тогда произошло, в моей памяти разделилось на несколько отдельных этапов.
Мерцающий желтый свет фонарей ложится бликами на мамину щеку.
Сильви нагибается, чтобы собрать с пола шоколадки.
Мамина левая рука на секунду соскальзывает с руля.
А потом нас заносит.
Все могло закончиться хорошо, не окажись тот грузовик так близко. А мама справилась бы с управлением, не будь дорога под виадуком такой скользкой.
Но в тот вечер удача оказалась не на нашей стороне.