Светлый фон

Как это могло случиться?

Как она могла так поступить?

Дни пролетели в памяти сплошной лентой.

С самого первого дня! Он заботился о ней с самого первого дня, а она упорно считала его всего лишь взбалмошным наследником видного аристократа, слишком занятым своей персоной, чтобы обращать внимание на других людей.

Она считала его эгоистом, но это её заботили исключительно собственные проблемы.

её

Не теряя ни секунды, она перешла на другую сторону улицы, решительно поднялась по ступенькам на террасу и постучалась в дверь.

Недовольство собой накрыло с головой.

«Как же несправедлива я была», – казнила себя девушка, прислушиваясь к звукам с той стороны. – «Однако если дверь откроет не Нэд, меня могут не пустить внутрь. Кто прислушается к просьбе служанки увидеться с милордом?»

Дверь открылась, и опасения потонули в болезненных уколах разбушевавшейся совести. Нэд Эмерсон мало походил на себя прежнего. От былого лоска не осталось и следа. Перед Агатой стоял худой мужчина с недельной щетиной, темными кругами под глазами и стаканом с янтарной жидкостью в руке.

В первую секунду Агате показалось, что он её не узнал.

Черные глаза смотрели с равнодушным удивлением как на незнакомку.

Агата чуть склонила голову, робко улыбнулась и он вздрогнул.

Стакан с алкоголем полетел в сторону, а девушку схватили за руку и втащили внутрь.

– Почему ты одна? – сердито рыкнул Нэд, оглядывая её с ног до головы. – Что-то случилось? Ты в порядке?

– Все хорошо, – тихо ответила Агата. – Я просто хотела поговорить с тобой.

Нэд отступил на шаг, нахмурился и, развернувшись на каблуках, направился в гостиную.

Свет он так и не включил, ограничившись парой свечей на столе, уставленном графинами с напитками.

Агата прошла следом, удивляясь, как сильно изменилась за прошедшее время комната.

Исчезла вся мебель, пропали портьеры с окон и великолепные картины со стен. Вместо этого в центральное место занял стол и пара стульев из столовой.