Луис озадаченно взглянул на нее:

— Думаю, да. И что?

— У меня там был дядя-священник.

— Сочувствую вам, сеньорита. — Луис посмотрел на Гарри. — Почему вы оказались в Испании, сеньор? Вы бизнесмен, как супруг сеньоры Форсайт?

— Да, — не моргнув глазом соврал Гарри.

«Легко же ему это дается», — подумала Барбара.

— Ваш муж по-прежнему ни о чем не догадывается? — спросил ее Луис.

— Да.

Он перевел взгляд с нее на Гарри и пожал плечами:

— Ну, как знаете. И мы с вами встречаемся на следующий день, сеньора?

— Да. Как договорились.

— А ваш брат? — спросил Гарри. — Он получит удар по голове и будет держаться своей версии событий?

— Разумеется, будет! Говорю же вам, его могут расстрелять за содействие беглецу!

— Ладно, — кивнул Гарри. — Значит, все решено. Не вижу больше никаких проблем.

— После этого вы с братом вернетесь в Севилью, — сказала София.

— Да. — Луис выпустил клуб дыма. — И забудем об армии, войне и опасности.

— Вас призвали, когда фашисты захватили Севилью в начале войны? — спросила она.

— Да. — Он уставился на нее. — У нас не было выбора. Тех, кто отказывался, расстреливали.

— Значит, вы вместе с Франко шли на Мадрид в тридцать шестом. И с марокканцами.

— Я уже сказал, сеньорита, нам не оставили выбора. Той зимой я участвовал в осаде и был, без сомнения, по другую сторону от вас. Но едва ли в Испании найдется улица, жители которой не оказались по разные стороны.