— Ты к шлюшке на свиданку можешь припоздниться, — захлопывая за собой дверцу, рыкнул Хан. — Костогрыз.

Шофер лишь пожал плечами и покатил переулками к Поварской. Не мог он ответить, что опоздал, так как выполнял приказ Корнея и следил за Ханом от самого ресторана, видел, как был «снят» часовой, засек время, слышал в помещении крик и, наконец, был свидетелем последних действий героя. Машину держать в переулке было нельзя, мало их сейчас по городу катается. Пока он добежал до своей колымаги, завел, подкатил к «Арсу», еще и дух не перевел.

Шофер все это не сказал, знал, кто сидит сзади, лучше дюжину оскорблений проглотить, чем один раз этого парня разгневать. «Хан идет по человеческой крови, как посуху, — думал шофер, старинный приятель Корнея, выполнявший его поручения раз в год, а то и реже. — Если ты деньги взял, то жить тебе осталось самую малость».

И человек, даже не слышавший никогда слово «жалость», достал из кармана тужурки фляжку, молча протянул назад. Хан взял ее, в машине остро, перебивая бензин, запахло спиртом, кашлянул глухо и сказал:

— Передай, что зашли в свою, однако у меня с ним разговор будет, он поймет, придержи…

Шофер начал притормаживать, Хан ловко выпрыгнул на ходу, скрылся в ближайшем дворе и сквозняком вышел на Гоголевский бульвар.

Шофер развернулся и погнал машину к Павелецкому, где через час должен принять самого Корнея.

Глава четырнадцатая. Стая (Продолжение)

Глава четырнадцатая. Стая (Продолжение)

Костя небрежно откинулся на спинку стула и, заложив ногу на ногу, оглядел присутствующих равнодушно. Он понимал, показной беспечностью здесь не удивишь, с толку Корнея не собьешь; пытаясь удержать готовых к броску людей, сказал:

— Никакой облавы нет, я пришел один и без оружия. Чего испугались?

— Врешь, — убежденно сказал Корней, и многие, соглашаясь, кивнули.

— Я перехватил Паненку у Пассажа. — Костя еле выговорил Дашину кличку, но сказать надо было ясно и коротко. — Я предложил ей на выбор: либо облава, либо она проводит меня одного. Даша, я знал время и место сходки?

— Знал! — звонко ответила девушка. Жизнь Кости Воронцова висела даже не на волоске, а парила в воздухе, видимо презирая физические законы.

— Многим из вас Даша спасла жизнь, другим — свободу, — быстро подхватил Костя, — прорваться было бы не просто, — продолжал он, зная, что облава и близко бы не подошла, выставленное уголовниками охранение предупредило бы вовремя и собравшиеся ушли бы проходными дворами и квартирами, как вода уходит в песок. — Канализационные люки мы закрыли еще вчера…