– О да, – кивнул Крячко с сочувствием.

– Вот то-то и да. Ну а уж как «короной» переболел, так вообще взбеленилась: мол, на сердце дает, не пей, не кури, дыши через раз и с оглядкой. Курить-то я бросил, само собой. Да и коньячку-то совсем немного взял, только то, что во фляжке, – он показал свой удивительный бурдюк, – вот этот допью – и больше не буду. Тем более что такого коньячиллы в Кенике не найдешь.

– Да, коньяк знатный, – признал Лев Иванович.

– Не то слово, – подтвердил Маратыч. – «Реми Мартин», родной, еще прям оттуда, до пандемии. Да, ребята. Я ж понимаю, здоровье, диета, да и супруге тоже овдоветь до времени неохота. Только ведь как жить-то, если никакой радости нет? Вот, хотя бы раз в год выбраться. – И вполголоса закончил: – Да и дочу повидать.

– А, ты сам с тех мест?

– Да нет, я москвич, зеленоградский, – засмущался он. – Ну вот фестивали-то уже давно проводятся, ну вот как-то так и получилось.

– Понимаю.

– Ну да. Так-то не выберешься, в Зеленограде своих три штуки, старший скоро внука родит.

В этот момент появилась стюардесса, деликатно вмешавшись, попросила допивать спиртное, убирать с ее глаз долой и привести спинки в вертикальное положение, ибо на горизонте аэропорт «Храброво».

– Промежду прочим, мужики, где остановились-то? – деловито осведомился Маратыч после того, как были разобраны сумки и пьяные друзья.

– Да в целом нигде еще, на месте определимся.

– Ну да! Вот удача. Тогда айда с нами, сейчас и автобус приедет, в Светлогорск отвезет, и как раз двухкоечный номер пустует. Как раз двоих наших жинки не отпустили.

– Удобно ли? – засомневался Крячко.

– Конечно! У нас запросто все.

– Нам повезло, – улыбнулся Гуров. – Только вот что же, кто играть у вас будет? Стало быть, некому?

– Как это некому? И мы сейчас на месте определимся, у нас же не профессиональный турнир, а ветеранский, – объяснил Маратыч. – Фиксированных протоколов нет. Один выбыл, другого поставили, и всего делов-то. Главное, чтобы по габаритам подходил да бегать умел. Вот ты, например, Стасик – готовая схватка, а вы, Лев Иванович, – готовый вингер, ну, который по краю носится. Я то есть. Бегаете хорошо, должно быть?

– Давно не пробовал. Хотя однажды стометровку за десять девяносто восемь пробежал.

– Ну? – обрадовался Маратыч. – Слушайте, а может, вместо меня по краю сгоняете, на пляжке? А то, кроме Иванова, особо никто ногами не шевелит, ползают, как сонные мухи. Ну, Лев Иванович, как, тряхнем стариной?

– Там видно будет, – отшутился полковник.

– Точно. До завтра еще день целый.