Сыщики разместились в том же отеле, что «лоси», под названием «Раушен», под сенью лип и дубов. Номер оказался простым, чистым, попахивающим карболкой. Не исключено, что отель в непрофильное время работал как санаторий, а то и ковидарий. Радушный Маратыч по-быстрому перезнакомил полковников с командой, все в которой оказались весьма приятными людьми, даже во хмелю.

Сидели себе потихонечку во внутреннем дворе отеля, попивали, кто водочку, кто коньяк, кто виски, запивая крепкий алкоголь пивом, поедали шашлычок, угощая всех желающих к ним присоединиться, в том числе и тех, кто просто шел мимо, за живой изгородью, и резались в картишки. Пришел оркестр, мужики с редким единством и талантом исполнили хором «Как молоды мы были» и песню мамонтенка. В скором времени подтянулись противники-«латыши», их встретили, как родных. К удивлению Гурова, члены «Балтийского шторма» не просто великолепно говорили по-русски, они таковыми являлись на самом деле.

– И это тоже мужики из сборной, – пояснил Маратыч, разливая коньяк из своей фляжки, которая казалась неиссякаемой, – тоже из сборной Союза. После развала они в Латвии и остались. А что? Тут с прошлого года и сборная Узбекистана ошивается, так все высокие, голубоглазые, истинные узбеки. Плов творят – закачаетесь! На третьем тайме оцените.

Постепенно количество спиртного переходило в качество, то есть заканчивалось. Было собрано вече из «старших», то есть тех, кто уже достиг тридцати пяти лет, на котором порешили «молодняк», то есть тех, кто не достиг еще этого порогового возраста, отрядить за «добавкой» в ближайшую «точку». «Молодняк» не сопротивлялся, бегал с удовольствием, и не по разу, правда, ряды гонцов неуклонно редели.

– Вот так я дочкой и обзавелся, – с ностальгией заметил Маратыч, доставая карты. – Пока за догоном бегал, с эдакой продавщицей познакомился, аж ух. Васильич, ты как, в «козла» умеешь?

– Давненько я не брал в руки карточек, – со сдержанной радостью констатировал Станислав, разминая пальцы.

– Вы, Лев Иванович? – спросил Маратыч, мастерски тасуя колоду.

– Я пас. Если позволите, посижу, полюбуюсь, как профессионалы действуют.

– Вы, главное, шашлычок кушайте, не забывайте, – напомнил Маратыч, – сало, оно для сердца полезное, послушайтесь старого сердечника, женатого на медичке.

Гуров пообещал послушаться, несмотря на то что «старый» сердечник был года на три постарше, не более. Составилась компания, Маратыч и Станислав моментально сыгрались и принялись потихоньку, по рублю потрошить уже изрядно набравшихся коллег-картежников.