Ему никто не ответил. Выяснилось, что друг уже на другом конце поля бесцеремонно вмешивается в совет старейшин:

– Валерий, можно вас на пару слов?

– Ты кто? – мрачно осведомился капитан «лосей». Очевидно, воспоминание о вчерашнем знакомстве пропало из его памяти вместе с парами спиртного.

Гуров терпеливо и вежливо осведомился, способен ли капитан «лосей» воспринимать информацию. Официальная формулировка заставила кэпа задуматься, и на помощь выдвинулся «лось» помоложе и позлее:

– Что надо?

– Мужики, мужики! – успокоительно подняв ладони, вмешался подоспевший Крячко. – Тихо, послушайте, это очень важно.

– Да уж, послушайте, – повторил Гуров. – Нам надо закончить игру. Очень надо закончить.

– Ты в своем уме? – взвился молодой «лось».

– Тихо, тихо, – призвал к порядку кэп. – Ну, допустим, нужно. Кто по краю встанет?

– Замены нет?

– Нет замены.

– Да вон сколько народу! – возмутился Станислав. – Как бухать, так все, как играть – так некому?

– Ну вот ты и беги! – снова ввязался в разговор молодой. – Кто сейчас побежит? Все вчера бухали – по такой погоде ни одна сволочь не поскачет. Все боятся!

И тут полковник Гуров, человек, который однажды в школе одолел стометровку за десять девяносто восемь, поднял руку:

– Так, спокойно. Я не бухал. Давайте фуфайку. – И, уже не слушая воззваний друга («Лева, опомнись! Мне Орлов голову оторвет! А Мария закопает! Лева, вернись!»), взял мокрую регбийку, шорты, пожертвованные кем-то, и поспешил в кабинку переодеваться.

Удивительное это оказалось ощущение. Куда-то провалились в тартарары врожденные аккуратность и брезгливость, аналитическое мышление встало на паузу. Все, о чем помнил Гуров: нельзя останавливаться и пасовать вперед. От того, остановишься ли ты сейчас или нет, зависит как минимум одна жизнь – человека, на которого тебе лично наплевать, кровопийцы, жившего за чужой счет, но человека, доверившего ему, чужому и злому, свою судьбу.

И вот что хочешь, то и делай.

Так, спокойно. Только не вперед. Нельзя подавать вперед. Надо дождаться момента, когда кто-то вырвется, обернется и кинет тебе мяч. Гуров послушно держался по краю, перемещаясь по мере атаки, внимательно следя за людьми в зеленой форме. Вот мяч был на другом конце поля, вот он с огромной скоростью начал переходить из рук в руки, приближаясь, – и вот в какой-то момент он как будто сам собой оказался в его собственных руках.

Капитан Валерий взвыл где-то очень далеко:

– Жарь по краю!