Она заставила себя думать, хотя понимала, что, если будет долго топтаться здесь, в холле, может лишиться последнего шанса на бегство.

Первая мысль была: надо выйти из дома, найти какое-нибудь укрытие поблизости и перехватить Хайда на подступах. Так себе стратегия, но ничего больше она пока придумать не могла.

Келли уже поставила керосиновую лампу на стол и собиралась задуть фитиль, когда до нее с верхних этажей особняка донесся какой-то шум.

Она взвела курок револьвера и, оставив лампу гореть на столе, медленно пошла вверх по лестнице.

Глава 61

Глава 61

– И что, во имя всего святого, это такое? – осведомился Томсон. На его дебелом лице отразилась некоторая тревога, когда он рассматривал маниакальные узоры, покрывающие всю поверхность комнаты до последнего дюйма.

– Уж в этом-то ничего святого точно нет, – отозвался Поллок. – Прямо-таки наоборот. – Он достал из кармана пальто револьвер «Энфилд». – Надо обыскать другие помещения.

Тревожное чувство усиливалось у всех троих, пока они обходили ветхое здание. Когда калильная сетка освещала новую комнату в череде прочих на первом этаже, их взорам неизменно представали стены, потолки, полы, изрисованные с той же одержимостью теми же спиралями. Трискелионы были повсюду. Они неизменно повторялись на каждом этаже; все помещения там были пустыми, с голыми стенами, и на всех поверхностях теснились тройные спирали – все плотнее и убористее; казалось, они скручивались и плясали в мерцающем газовом свете. По мере того как полицейские поднимались, на каждом этаже в густой, кривой паутине узора было все больше маниакального, демонического. Словно их восхождение по лестнице было нисхождением в ад.

Самое большое пространство открылось им наверху – чердачный этаж представлял собой единое помещение площадью с весь доходный дом; над головой нависали просмоленные балки кровли. И освещение здесь было самое тусклое – дневной свет еле пробивался снаружи сквозь маленькие, смотревшие на порт окна; стекла в них были почти непрозрачными от сажи.

Поллок, едва ступив на чердак, мгновенно и доподлинно уверился в том, что, какова бы ни была страшная тайна, связанная с исчезновением Элспет Локвуд, разгадку они найдут именно здесь, в этом месте. Как и его спутники, он сразу почувствовал запах – безошибочно определяемую тошнотворную вонь, знакомую каждому полицейскому. Запах человеческой смерти.

– Господи Иисусе, – пробормотал Томсон и прижал к носу платок.

Здесь калильных сеток не было, но на тесной лестничной площадке в углу чердака Поллок увидел металлический поднос с шестью толстыми свечами, похожими на церковные. Всеми шестью уже пользовались – они слегка оплавились. Поллок зажег все свечи – три оставил на подносе, две раздал констеблям и одну взял себе.