Они переставили кабели, только желтый закрепился в разъеме, как от контейнера разошлась волна, чуть оттолкнув старпома и лингвиста от контейнера. Сталагмит искина внутри серверной окрасился оранжевым, под куполом раздался долгожданный голос:

– Код опасности один. Программа ТРОПАН активирована. Прошу экипаж занять свои места для фиксации в защитном поле. Возможно опасное маневрирование.

Крыж шумно выдохнул, подмигнул Тимофею:

– Ну вот, другое дело… Верно, Тим? – Устало вытянул ноги и вытер пот со лба.

По креонику его вызвал Пауков:

– Работает… Давайте к нам, тут самая жара началась.

* * *

Ульяна сразу почувствовала, что у них получилось: «Фокус» будто ожил, врастая в нее. Она кожей чувствовала волнение космического ветра, колкую радиацию, в ушах звенело от пульсирующего подпространства, глаза на мгновение ослепли от светящих прожекторов. Дыхание сперло. Где-то вдалеке, будто через толщу воды доносился голос Артема, он озвучивал данные телеметрии, отмечал стремительное смыкание нейронов, кричал Ульяне, чтобы расслабилась и отпустила фрегат.

Ее же будто пронизало насквозь, вдоль позвоночника.

Короткое мгновение, вспышка, растянувшаяся на минуты. Кажется – на часы.

– Раз. Два. Три…

Шептала Флиппера знакомый танец, пыталась усмирить то, что клокотало в груди.

Ярость.

– Раз. Два. Три…

Запах талой тайги, свист дельфина и шелест космической пыли по обшивке.

– Ульяна, ты меня слышишь? – едва различимый крик. – Переключайся на Ксению, выравнивай нейростатику.

– Код опасности один. – Чужой металлический голос под куполом рубки. – Программа ТРОПАН активирована. Фаза… один. Фиксация и захват узловых точек. Перераспределение импульса.

Словно бусины на нитку, искин «Фокуса» нанизывал ближайшие корабли, автоматически корректировал их расположение, включая глиасовую сеть.

Когда Вася и Тим вернулись в рубку, Ульяна уже завершала подключение фрегатов, Кир комментировал во внутреннем чате формированием глиасовой сети.

– «Берг», три минуты, координаты 24-40-41. «Адальяр» – 3 минуты 13 секунд, координаты 24-30-42.