Прикуривая сигареты, Деймон почти сразу давил их в пепельнице, и это говорило о тупике в поисках куда больше, чем любое устное признание. Всего только раз Фоксу доводилось видеть, как инспектор это делает: тогда шло следствие по делу об убийстве Хетчера, и оно так и осталось нераскрытым.

В общем, по пути из центра города Фокс окончательно решил, что Диего – единственная надежда. Вариантов было всего два: предпринять еще одну попытку достучаться до Диего или и дальше выжидать, как он делал уже трое суток, пока полиция не схватит Фиша-Пискус, а это ему смертельно надоело.

Но попытку достучаться пришлось отложить. Подъехав к дому на Пятьдесят четвертой улице, Фокс преодолел два лестничных пролета, увидел на двери Диего новый замок, раз десять нажал на кнопку звонка, но ответа не дождался. Он провел еще час, сидя на верхней ступеньке, наконец сдался, вернулся к машине, направился домой и лег спать. Утром в субботу он проснулся в шесть часов, еще до семи уехал в город и ровно в восемь снова вдавил свой большой палец в кнопку звонка у двери квартиры Диего. Внутри послушно звякнуло, и очень скоро из-за двери донесся вопрос, не слишком приветливо заданный хриплым голосом:

– Кто там?

– Фокс.

После долгой паузы:

– Что тебе нужно?

– Мне нужно поговорить с тобой, и я поговорю.

Еще одна пауза, шаги – и дверь открылась.

Диего был в пижаме. Он только что вылез из-под одеяла и не выказал восторга, узнав о желании своего гостя пообщаться в такой ранний час, однако свою вежливость он впитал с молоком матери, а потому распахнул перед Фоксом дверь, пригласил его войти и указал на кресло, а сам вновь щелкнул замком.

– Жуткий беспорядок, – извиняясь, пророкотал он. – Вчера вернулся поздно. Пьяный в стельку. Здесь холодновато. – Диего закрыл окно и присел. – Я был груб с тобой, когда мы говорили по телефону. Прости, но мне придется грубить и дальше.

– Не возражаю, – усмехнулся Фокс. – Но надеюсь, что смогу убедить тебя сменить гнев на милость. Я знаю, кто убил Яна Тусара и Перри Данэма.

Ссутулившийся в кресле, Диего заморгал, пытаясь прогнать остатки сна. Выпрямился и поморгал еще немного.

– Черта с два знаешь!

– А вот и знаю. Но не смогу доказать.

– Мне ты не должен ничего доказывать…

Очевидно, Диего не собирался поддаваться натиску; он рассчитывал сохранить спокойствие и невозмутимость, но в этот момент безотчетно произнес одно-единственное имя.

– Кох, – едва слышно выдохнул Диего и тут же обозлился на себя за то, что это имя слетело с его губ; стиснув зубы, он хмуро уставился на Фокса.

– Ничего не скажу, – покачал головой Фокс. – Пока. Но уверяю тебя, что знаю имя убийцы. А также хочу заверить, что если ты и дальше будешь играть в рыцарство и благородство, то сделаешь только хуже.