— Отлично. Мы украдем золотые слитки.

— Я это понял.

— Не из банка, не из сейфов торговцев золота, не из почтового фургона. Мы украдем их с корабля в открытом море. Нравится?

Нет. Но одному из моих предков, возможно, и понравилось бы. Он служил у Дрейка. С какого корабля?

— С самого нового и красивого в мире, самого последнего на знаменитой линии.

Сарлинг открыл портфель, вынул какой-то журнал, подал Рейксу. Журнал оказался рекламным проспектом с обложкой из белой глянцевой бумаги. Красными буквами на нем было написано: «НОВЫЙ МОРСКОЙ ЛАЙНЕР — КОРОЛЕВА ЕЛИЗАВЕТА 2».

Рейкс раскрыл наугад. На него с фотографии во весь разворот смотрели трое мужчин в полной форме кунардского пассажирского флота: капитан, главный механик и администратор отеля «Королевы Елизаветы 2» — фуражки с белым верхом, золотой ремешок на околышке, кокарда в виде увенчанного короной льва с земным шаром в лапах, белые рубашки, черные галстуки, погоны, темно-синие кители с восемью блестящими пуговицами, четыре золотых кольца на рукаве капитана.

Его бородатое лицо, загорелое и обветренное, волевое, просмоленное непогодой, и впрямь напоминало лицо сэра Френсиса Дрейка или все дело просто в бороде? «Капитан Уильям Элдон Уорвик, что вам нравится в вашей работе?» И ответ, напечатанный, казалось, со слов самого Рейкса: «Мне кажется, быть капитаном — одна из последних возможностей жить по-своему и не зависеть ни от кого». Ни от кого не зависеть. Оцепенение отступило. Рейкс взглянул на Сарлинга. Старик молчал.

Все еще захваченный размахом его планов. Рейкс листал забитые рекламой страницы, мелькали снимки. Вот блондинка распласталась на кровати в номере «люкс», вот фото бронзового, блестящего, как старое золото, винта — шесть лопастей с загнутыми краями напоминают выпуклую голову тяжело вооруженного доисторического животного.

— Вы сошли с ума, — сказал наконец Рейкс.

— Напротив, я рассуждаю здраво.

Еще один разворот, на этот раз корабль, изображенный кистью художника. Ветви карибских пальм, аметистовое море, длинный, величественный корпус судна — ярко-красная полоса ватерлинии, белоснежная верхняя палуба и надстройки, шлюпки по бокам палубы под застывшей дымовой трубой обтекаемой формы.

Рейкс кинул проспект обратно Сарлингу. Он уже полностью овладел собой, отвращение победило — ведь уже завтра Сарлинг умрет, но даже это не помешало Рейксу воскликнуть со всей искренностью, на какую он был только способен:

— В жизни не слышал о более сумасбродном деле!

— Наоборот, вполне реальное предложение.

— Ради бога, Сарлинг! — возмутился Рейкс. — Это что, боевик вроде «Человек, который взял банк в Монте-Карло» или «Великое ограбление почтового поезда»? Вы рехнулись!