— Проверьте, есть ли ваше и мое.

Бернерс открыл папку, порылся в конвертах, на каждом из которых стояло чье-то имя.

— Там есть и мое, — вмешалась Белль.

— Они возьмут его себе, — усмехнулся Сарлинг. — Ты просто сменишь хозяев. Все равно не вырвешься.

Бернерс вытащил из папки конверт и подал Белль, даже не взглянув на нее.

— У них будет еще одно твое досье.

— Неужели нельзя по-другому? Энди… — пробормотала она, теребя в руках конверт. — Ведь теперь ты можешь что-то сделать.

Рейкс подавил внезапную ярость, услышав свое имя. Дура!

— Все уже сделано.

Он оттолкнул Сарлинга от стола, размотал длинную альпинистскую веревку и начал делать из нее сбрую для Сарлинга, шлейку, чтобы спустить его в окно.

— Вот они. — Бернерс держал в руках два конверта.

— Возьмите все. Спрячьте в его портфель. А папку оставьте здесь, — бросил Рейкс. Потом, обратившись к Белль, спросил: — Ты давно вызвала машину?

— Только что.

— Где его шляпа и пальто?

— В прихожей.

— Сходи принеси.

Бернерс выпустил ее и снова закрыл дверь.

На Белль Рейксу было наплевать. Как и на все остальное в этом доме. Он действовал точно так, как было задумано заранее, подчинялся одному лишь плану и подчинялся безоговорочно. Потому, наверно, его так задело это «Энди»… Бернерс поймет. Они умели извлекать многое из пустяков. Так же, конечно, работали Сарлинг и Вюртер.

Рейкс достал цветной платок и показал Сарлингу со словами:

— Вытащу, как только сядем в машину.