— Я каждый день в графике стою, — опять Веткин ответил непросто.

— Сегодня какое у вас дело? — Трель сменил интонацию на ледяную.

— Фадеев-Петров, убийство плечевой проститутки в деревне Соломино на трассе. Фадеев от всех показаний, которые на следствии давал, отказался, валит все на Петрова, с явкой свидетелей проблемы, второй месяц дело слушаем.

— Когда будет приговор?

— Ну я не знаю, когда милиция свидетелей найдет. Сейчас не с чем на прения выходить.

— Вот видите, все сложные дела тянутся долго, и свой показатель участия в общую копилку вы положите ещё нескоро, — прокурор выказывал завидную выдержку, разжевывал старпому, как маленькому. — Значит, сегодня вы можете поучаствовать у другого судьи ещё в одном, а то и двух небольших делах, по которым сегодня же будут постановлены приговоры.

— Судьи на одно время дела назначают, кто меня из процесса отпустит? — Веткин, похоже, не намеревался соглашаться.

Но его милостивого согласия не требовалось, в прокуратуре действовал принцип единоначалия.

— Этот организационный вопрос решать буду я, — твердо произнес Олег Андреевич. — На уровне председателя суда. Судьи будут назначать дела в разное время.

— Не получится, они специально все назначают на первую половину, чтобы после обеда приговоры отписывать и пораньше с работы уходить, — продолжал упорствовать старпом, в арифметической прогрессии увеличивая число своих штрафных очков.

— Дискуссия окончена, — выставил крепкую ладонь прокурор. — И конечно, чаще будут ходить в суд помощники с других участков.

— А общенадзорные проверки когда проводить? По ночам? У меня семь заданий на руках, все контрольные, к десятому, к пятнадцатому, к двадцатому, — теперь возник Говоров, по распределению обязанностей отвечавший за общий надзор.

«Дух бунтарства заразен, — подумал Трель, — Он передается индуктивным путем. В этом Остроге что ни поп, то батька».

Говорову он симпатизировал, тот располагал к себе внешне, удивительно элегантно для провинциала одевался, давал весьма приличные показатели по своей линии. Олег Андреевич желал видеть его своей опорой в коллективе наравне с Кораблёвым. Посему усугублять обозначившуюся проблему не стал.

— Гляжу, праздники действуют на всех негативно, — примиряющее сказал прокурор. — Антон Евгеньевич, всё решим в рабочем порядке, не беспокойтесь. Неужели вы полагаете, что, вытаскивая хвост, я допущу, чтобы голова увязла? В суд будут ходить все. Сегодня я в процесс иду, а вы, Антон Евгеньевич, в графике сегодня не стоите, так что занимайтесь спокойно проверками. Задача ставится следующая — по кварталу выйти на пятьдесят процентов поддержания гособвинения, по полугодию — на шестьдесят. Понятно, Александр Николаевич?