Майор опустился на стул, не раздеваясь, но хозяин кабинета предложил ему снять куртку, потому как имелось что обсудить.
— В пять минут не уложимся, запаришься!
Информация Давыдова заключалась в следующем. От своего человека в группировке Клыча он узнал, что последние два дня Рубайло чертил по городу и катил баллон на Смоленцева, который якобы зажал долю убитого Зябликова. С Рубайло по блатным мотался его керюха Пандус.
— У человека создалось впечатление, что Серёга, типа, общественное мнение против Димки настраивает, — в этом месте майор не смог удержаться от улыбки.
— Это ты Абакума своего продвинутого цитируешь? — с интересом уточнил и.о. начальника КМ.
— Ага.
— Он скоро книжки писать будет.
— Почему бы и нет? Название уже готово — «Записки сексота». Ну так вот, Рубайло не скрывал, что собирается предъявить Смоленцеву за долю Зябликова.
— За долю в чем?
— А я не сказал разве, Вадим Львович? В автосервисе. Когда прошлой весной Зябликов откинулся, Смоленцев сделал его соучредителем и часть акций на него перевел.
— С какого перепугу?
— Задолжал, наверное.
— Сколько процентов своих акций Смоленцев на Зябликова перевёл? В фирме есть другие учредители?
— Не знаю пока. Посмотрим в учредительных документах. Я после встречи в мастерскую заехал, сказал там дознавательнице, чтобы она документацию изъяла. Устав предприятия и прочую макулатуру.
— Долго они ещё там провозятся?
— Когда я был, заканчивали вроде. Сан Саныч дежурку вызывал, в отдел возвращаться.
— Эта информация, Денис, давно должна находиться в вашем оперативном деле. Ты должен знать об экономической подпитке членов ОПГ досконально. Постоянно анализировать обязан, думать, в каком месте денежные интересы одного бандита пересекутся с интересами другого, — Птицын оседлал своего любимого конька.
— Виноват, товарищ полковник! — Реакцией Давыдова на критику было распрямление плеч, выкатывание вперед груди и придание лицу придурковатого выражения. — Исправлюсь!
— Кончай клоунничать. Я тебе дело говорю. Продолжай.
— Продолжать нечего, Вадим Львович. Мало?