Вадим Львович, оттолкнувшись руками от хлипких подлокотников кресла, поднялся на ноги, подошёл к висевшей на стене схеме города. Повёл пальцем по её нижней части, выше голубой извилистой петли, обозначавшей реку.

— Клязьменская… Вполне подходящий путь отхода для киллера, а? Как вышел? Колись.

— Оперативным путём. — Маштаков не надеялся в разговоре с корифеем сыска отделаться общей фразой, однако попытался.

— Не кривляйся, тебе не идёт. — Птицын вернулся к столу, опёрся кулаками о столешницу, навис над Михой.

Оперу пришлось отодвинуться вместе со стулом к окну.

— Ствол нашёл человек, к убийству отношения не имеющий. Теребить его бесполезняк. Главным условием выдачи автомата с его стороны была анонимность. Это пожилой и серьёзно больной человек. Законопослушный, не судимый. Он легко мог спустить сумку в прорубь под лёд и мы бы остались с носом. Но он поделился с одним своим близким, тот по счастливой случайности вышел на меня. В результате проведённых переговоров удалось достигнуть консенсуса: он нам — ствол, мы про него не вспоминаем. Я дал слово. Поверьте, Вадим Львович, попотеть пришлось неслабо…

Маштаков резонно посчитал, что представлять случившееся доставшимся на халяву — нецелесообразно. Как говорится, красиво не соврать, истории не рассказать. Тем более сути переставленные им акценты не меняли.

Внимательно слушавший Птицын кивнул, целиком и полностью соглашаясь. Переоценить результаты работы старшего опера было трудно. С изъятием орудия убийства, выпущенного промышленным способом, в установленном порядке учтённого и отстрелянного, шансы на раскрытие громкого преступления возрастали.

— Профессионально сработал, — в устах сдержанного подполковника произнесённая фраза была лучшей похвалой, — Родина тебя не забудет.

— Но и не вспомнит, — ответил Миха продолжением популярной в годы его студенческой молодости прибаутки.

— Не прибедняйся, обязательно вспомнит, — не согласился Вадим Львович, делая соответствующую зарубку у себя в памяти.

Мельком глянув на часы, он продолжил расспросы:

— Далеко от реального места передвинул вещь?

— Средне. По той же линии. Принципиально модель не исказилась. Я думаю, злодей, когда уходил, не запомнил, в какой двор инструмент закинул.

— Как думаешь легализовать?

— Подам рапорт на ваше имя. В ходе ОРМ, фафа-ляля, три рубля, установлено предполагаемое местонахождение…

— Техническая сторона понятна, — поторопил опера Птицын.

— Рапорт передадим с сопроводиловкой в прокуратуру. Следователь изымет ствол как положено по УПК, с понятыми. Только с изъятием придётся обождать до вечера. В идеале, конечно, до утра погодить надо, но вторую ночь не спавши тяжеленько будет…