Когда фээсбэшник вскрыл свои карты, начальник КМ успокоился. Коррупционная составляющая отсутствовала. А за тривиальные нарушения при регистрации сообщений о преступлениях при желании можно разогнать весь уголовный розыск МВД РФ.

— Ваши условия неприемлемы, — сообщил он негромко, но внятно. — Ломать через коленку человека ради улаживания собственных проблем я не буду. Пусть всё идёт как идёт. Реализуйте свой материал. Следствие разберётся. Рязанцева вон три месяца с гаком под стражей мудохали, в суд дело загнали, а потом опомнились, что он не виноват. Прекратили за отсутствием состава. А как только заваруха с ним начиналась, мне тоже предлагали парня слить, чтобы мундирчик чистеньким остался.

— Ну за Рязанцева стоило бороться. Молодой, перспективный сотрудник новой формации. Маштаков совсем другой случай. Клинический, хм…

— Маштаков — бессребреник и профи, каких поискать. А грехов на нём не больше, чем на других. Давайте заканчивать, а? У меня в одиннадцать совещание, — второй раз за последние полчаса подполковник сворачивал разговор той же уловкой.

— И даже до завтра не подумаете?

— Не вижу надобности.

— Ну наше дело прокукарекать, а там хоть не рассветай. — Яковлев оставался внешне дружелюбным, поднимаясь, протянул руку. — Вадим Львович, напоминаю, ничего личного. Каждый делает свою работу.

— Угу, — не обладавший подобным даром лицедейства Птицын ответил односложно.

Покидая кабинет, комитетчик указал пальцем на Sharp, из динамика которого раздавался экспансивный диалог героев очередного латиноамериканского сериала:

— Как вы только с включённым телевизором можете работать?

— Привычка.

— Между прочим, для современной спецтехники посторонние шумы не помеха. Фоновый фильтр их отсеивает, качество записи получается изумительное. Всего доброго.

Смысл заключительной фразы дошёл до начальника криминальной милиции, когда Яковлев закрыл за собой дверь. Намёк был более чем прозрачным — ходи, милиционер, да оглядывайся.

«Наглец какой, — засопел подполковник. — Пугать меня вздумал, мальчиш-плохиш! Молокосос! Но информированный, падла. Про Ленку вон пронюхал. Влезла дурында в заваруху, а меня теперь нагнуть норовят за её выкрутасы. Ничего-ничего, обойдемся без вашей помощи, господа чекисты. Шпионов лучше ловите!»

Вадим Львович по внутренней связи велел помдежу соединить с кабинетом начальника ОУР.

— Слушаю, товарищ подполковник! — моментально откликнулся бодрый бас Титова.

После состоявшегося назначения Птицына, в структуре руководства криминальной милиции и уголовного розыска произошли подвижки. Борзов теперь исполнял обязанности замначальника КМ, а Лёха Тит — начальника ОУР. На обоих майоров ушли представления в область. Но если назначение Сан Саныча считалось вопросом времени, то Титов шансов пройти кадровую комиссию не имел из-за отсутствия высшего образования. Правда, на него уже в экстренном порядке загнали заявку о поступлении в августе на заочное отделение ведомственного ВУЗа. «До осени побудешь и.о. царя, а когда зачислят, снова закинем на тебя бумаги, — разработал стратегию Птицын. — Тем более среднее юридическое у тебя имеется, примут сразу на второй курс. Смело можно будет писать — незаконченное высшее». Лёху, смирившегося, что до пенсии он будет тащить лямку старшего опера, возможность повышения окрылила. Он приобрёл в книжном магазине уголовный и уголовно-процессуальный кодексы, каждое утро брился и, невзирая на подколы сыщиков, стал приходить на работу в женильном костюме, а один раз даже надел галстук на резинке.