Миха очень медленно поднял голову, упёрся немигающим взглядом в переносицу напарника.

— Одно условие, — объявил он.

— Какое? — озадаченный его таинственностью, оробело понизил голос Рязанцев.

— Ставь на табачное довольствие.

Спустя пять минут с червонцем в кармане Маштаков пересекал двор УВД. За те полдня, что он просидел в прокуренной клетушке кабинета, на улице победила весна, с весёлым солнышком, шебутным воробьиным чириканьем и сырым чёрным асфальтом.

Дежуривший на воротах постовой, устроив здоровенные лапищи на стволе и прикладе висевшего поперёк груди автомата, громко реготал, дружески общаясь с человеком, который при встрече принципиально не здоровался с Михой.

Чел этот, со сдобной фамилией Пшеничный, винил во всех своих жизненных бедах Маштакова. Как будто тот принудил его совершить три эпизода мошенничества с использованием служебного положения старшего оперуполномоченного по особо важным делам межрайонного отделения по раскрытию убийств.

Зацепив периферическим зрением вывернувшего из-за угла Миху, Пшеничный хлопнул автоматчика по плечу и резво двинулся наперерез крёстному.

— На ловца и зверь бежит, — за шесть с лишним лет, что они не разговаривали, хрипотцы в голосе бывшего убойщика не убавилось.

— Это кто здесь зверь? — Маштаков произнёс первое, что пришло в голову.

— Все мы звери, только разных мастей, — интонация Пшеничного показалась примирительной. — Отойдём в сторонку, базар есть. Или скомпроментировать себя боишься?

— С чего бы менту бояться быть скомпроментированным? — усмехнулся Миха. — Вернусь, накатаю рапорт о кратком оперативном контакте с лицом из окружения лидера ОПГ Катаева.

Собеседник, не поняв каламбура, содержавшегося в первой фразе, хмыкнул над собственным пассажем:

— Был прокурором, обернулся опером… Чудны дела твои, Господи!

Они переместились на десяток метров влево, к гаражам. Пшеничный ослабил узел фиолетового галстука в узенькую серебряную полоску, пальцем вытолкнул верхнюю пуговку рубашки из проранки. Поведя бычьей шеей, выложил:

— Я доподлинно знаю, что видео с анонимкой подкинул прокурору ты. Расколол я тебя потому что, комбинатор недоделанный.