– Если использовать определенные лекарственные средства, это вовсе не невозможно.

– Не сбивай меня с толку своими разговорами, Кёгоку. Так или иначе, Сэкигути, если мы примем твою позицию, то либо этот приемный сын рассеялся подобно дыму, либо он укутался в плащ-невидимку тэнгу, стал невидимым и скрылся.

– Это просто великолепно, данна. Ну конечно, у него был плащ-невидимка крылатого духа гор тэнгу – как это проницательно… Далее логично было бы предположить, что Фудзимаки пошел по пути человека-невидимки Герберта Уэллса. Это тоже подходит. Возможно, он все еще находится в той клинике. Не спеша бродит по коридорам и палатам, кормит лабораторных мышей… и именно он вырвал разоблачающие его страницы из собственных дневников. Да, это замечательная идея. – Кёгокудо произнес все это неподдельно веселым тоном и рассмеялся.

Однако Киба, оставаясь непроницаемо серьезным, в молчании угрожающе смотрел на меня своими маленькими глазами.

– Как бы там ни было… нет, определенно мое расследование зашло в тупик, – признался я. – Но твоим логическим рассуждениям и умозаключениям недостает решающих доказательств, данна. У тебя недостаточно информации, чтобы делать подобные выводы. Я это хочу сказать.

– Что ж, ты порядком смягчил свою точку зрения. Сэкигути-кун, я могу быть пристрастным, но ты ведешь себя немного странно. Или есть какие-то особые обстоятельства? – спросил Кёгокудо.

Я не знал. Было ли что-то подобное?

Особые обстоятельства или нечто в этом роде…

«Школьник-сан… Поиграем?..»

В тот день я…

Я…

– Ладно! – внезапно громким голосом произнес Киба, прервав мои мысли. – Раз уж ты так далеко зашел в своих размышлениях и так глубоко в это вовлечен, – как насчет того, чтобы продолжить вести расследование вместе? Я тоже не могу не считаться с тем, что я здесь узнал.

Это было неожиданное развитие событий.

– Даже несмотря на то что заявления были отозваны, ты можешь проводить расследование в качестве полицейского следователя? – поинтересовался Кёгокудо.

Киба, поправив воротник своей рубашки, ответил: