К своему удивлению, он не чувствовал злобы или обиды. Более того, чувствовал себя польщенным тем, что произвел на нее такой эффект, что ей пришлось нанимать отморозков, чтобы взгреть его. Патель склонился к ней.
Чандра подняла на него глаза. Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга – и наконец поцеловались.
Ее рука взялась за полотенце. Минуту назад Патель беспокоился, что оно спадет перед ней, и вот теперь Чандра стягивала его сама… Он удержал ее руку.
– Не надо.
– Раздень меня, – сказала Чандра, и сари скользнуло с ее плеча, открывая блузу с глубоким вырезом.
У него пересохло во рту. Он коснулся свободной рукой ее плеча, словно в поисках опоры.
Желание было подобно бесхребетному червю, роющему землю, лишенному слуха и зрения. Однако он не был червем и не мог так просто отдаться похоти. Все его тело изнывало по причинам, которые на миг ускользнули от него, но теперь боль вновь напомнила о себе. Он чувствовал, как природа пытается взять верх над разумом. Чувствовал, как крепнет желание овладеть ею. Погрузиться в зыбучие пески небытия… Но очередная женщина в опасности…
Блуза была застегнута на маленькие крючки. Патель уронил руку, успокоил дыхание, прервал поток мыслей. Желание немного отпустило. Он сумел произнести:
– Стоит ли?
– Почему нет?
Чандра утянула его на кровать, легла сверху, сквозь тонкие складки сари прижалась к нему промежностью. Затем над самым его лицом нависла ее грудь, руки сплелись у него на затылке. Патель чувствовал себя побежденным. Чандра скользнула вниз и снова его поцеловала.
Словно канат, брошенный утопающему, его телефон издал сигнал.
Чандра без церемоний перегнулась через него и взяла телефон с прикроватной тумбочки. Затем, вновь оседлав его, посмотрела на дисплей. Другой рукой отыскала в складках сари его гениталии.
– Сообщение, – сказала она, поглаживая набухший пенис.
– Уух…
– Сара: «Всё в порядке? Звонила несколько раз. Целую». О, и еще одно, раньше…
– Ммм, – застонал Патель.
Чандра поводила большим пальцем вокруг головки.
– Рима Сет. «Голдблум что-то скрывает. Продолжаю копать». И два поцелуя. – Она улыбнулась. – Так кто из них босс, а кто невеста?
Большой палец замер. Чандра с интересом смотрела на него в ожидании ответа, телефон по-прежнему в свободной руке. Патель только и мог, что мычать, как идиот.
Пока он пытался совладать с собой, телефон у Чандры в руке зазвонил. Одновременно из ее сумки донеслась песня А. Р. Рахмана. Патель закрыл глаза и нечеловеческим усилием взял себя в руки.
Телефон лежал у него на груди и все еще звонил. Патель почувствовал, как Чандра слезла с него и встала с кровати. Когда муки совести и желания улеглись, он посмотрел на экран. Скрытый номер. Чандра говорила со скоростью пулеметной очереди.
– Да? – К счастью, голос прозвучал так, словно его разбудили этим звонком.
К его облегчению, это была не Сара и не Рима. Невнятный индийский голос, перехваченный тревогой.
Воздух с шумом вырвался из легких. До него наконец дошел смысл слов.
– Буду через десять минут.
Он отключился и взглянул на Чандру. Она тоже все поняла.
– Прости за… – только и смог сказать Патель. Он понятия не имел, за что, и просто покачал головой. Такова уж его национальная черта – постоянно просить прощения.
Чандра смущенно кивнула. Патель поднялся и отправился в ванную. Чандра вошла через минуту. Сари снова было у нее на плече.
– Я съезжу домой, переоденусь, – сказала она. – Встретимся в управлении.
Патель кивнул, не в силах посмотреть ей в глаза. Чандра вышла из номера, не глядя на него.
Глава 22
Глава 22
Несмотря на столь ранний час, в просторном фойе полицейского управления было не протолкнуться из-за репортеров. Втянув голову в плечи и ссутулившись, Патель под градом вопросов протолкался в здание.
Его направили в диспетчерскую – вытянутое, ярко освещенное помещение с крошечными окнами и таким низким потолком, что у любого здесь могла бы развиться клаустрофобия. Совещание возглавлял Раджкумар, всем своим видом напоминавший отъевшуюся ворону. Полицейские, некоторые в гражданской одежде, сгрудились вокруг столов. Кто-то с маркером в руке стоял у доски. В воздухе стоял запах масла для волос, напоминающий о детстве. На некоторых столах были разложены карты города, на экранах ноутбуков открыты «Гугл»-карты. Раджкумар раздавал офицерам указания на помеси каннада и английского. Те кивали и делали пометки в блокнотах.
Чандра, в своем обычном шальвар-камиз, о чем-то разговаривала с группой офицеров.
– Мистер Раджкумар, – позвала она.
Он повернулся к ней.
– Нужно разметить поисковые зоны. Некумал расчертит периметр и распределит констеблей и добровольцев. Еще мы разместим объявления в газетах, чтобы горожане проявляли бдительность.
– Я временно привлеку к поискам людей с других дел, – сказал Раджкумар. – Но что нам сказать прессе? Там есть даже люди с телевидения… – Шеф зыркнул на Пателя, словно это он их созвал. – Как они узнали? – спросил он Чандру.
– Ее бойфренд.
– Заявление от него приняли?
Чандра проводила взглядом подчиненного, выбежавшего из помещения.
– В процессе.
Затем ее отозвали по каким-то техническим вопросам. Патель опустился на свободный стул. На столе была разложена гигантская карта Бангалора. Он отыскал обширный пригород Уайтфилд. Переместив взгляд к западу, увидел разграничительные линии Корамангала – компактный центр в окружении Халасуру, Живаджи-Нагар и части Джайанагара. В центре подписанные курсивом Эм-джи-роуд и Бригейд-роуд, а в миле от них Парламент-роуд, где располагался офис адвоката Кришнамурти; затем Сенатофф-роуд и Элдамс-роуд – где он обедал – сходились к ипподрому и «Гимхана-Клаб». Патель вычитал в путеводителе, что все хорошие пабы располагались в районе Гимхана. К своему удивлению, он не испытывал ни малейшего желания выпить.
Подчиненный, который выбегал из зала, вернулся взмыленный, размахивая заявлением. Патель пробежал взглядом три исписанных листка, после чего вернулся к началу и перечитал уже внимательно.
Кадамбри вернулась с вечеринки в половине двенадцатого и сказала своему партнеру, Винсенту Сельваппе, что собрала кучу материала для завтрашнего выпуска. Когда Винсент делал им коктейли, ей позвонили. Кадамбри сказала: «Мне нужно кое с кем встретиться; это ненадолго, но очень важно». Он к этому привык. Кадамбри была отважной, амбициозной и непреклонной в поиске сюжетов, работа была ее страстью. Она никогда не выключала телефон, принимала все звонки. Готова была сорваться в любое время ради информационного повода. При этом не стоило считать ее сумасбродной. Если встреча несла малейший риск, она брала с собой фотографа или самого Винсента. «Пойти с тобой?» – спросил он, пожалев о двух приготовленных коктейлях. «Нет-нет, это безопасно. Я и сама справлюсь», – ответила Кадамбри. Ему стало очевидно, что источник, кем бы он ни был, пожелал сохранить свою личность в тайне. Учитывая, как спокойно собиралась Кадамбри, он предположил, что ей звонила женщина. Она питала особый интерес к «женским» сюжетам. Винсент был рад, что не пришлось идти с ней, – ему не слишком-то нравились женские разговоры. Он отправился спать примерно в час, а через три часа его разбудил сигнал о новом уведомлении. «Помоги. Меня оденут в красное». Понадобилось несколько минут, чтобы наконец осознать происходящее. Винсент попробовал дозвониться до нее, но телефон был отключен. Поэтому он позвонил по номеру, указанному на информационном плакате полиции, приколотом к доске Кадамбри.
Патель глядел на карту и лихорадочно соображал. Кадамбри была на приеме у мэра. Возможно, это кто-то из гостей? Или старый знакомый? Он припомнил ее слова, сказанные у чайного лотка.
– После вечеринки у мэра Кадамбри сразу отправилась домой, – говорила она шефу.
– Откуда нам это знать?
– Мы разыскали водителя такси.
– Я попрошу список гостей с вечеринки. Необходимо обыскать принадлежащие им дома.
– Это лишь внесет сумятицу, – сказала Чандра.
– И что с того? Они будут только рады оказать содействие, иначе это вызовет подозрения, – пояснил Раджкумар.
Вбежал констебль и отозвал шефа полиции в его кабинет. Чандра последовала за ними, на ее лице была написана тревога. Патель снова остался один посреди суматохи.
Надрывались телефоны. Полицейские отвечали. Воздух колебался от смеси различных языков и наречий. Разносчик собирал пустые чашки.
– Чаю, сэр? – спросил он Пателя.
– Если можно.
Нужно позвонить мэру и попросить список гостей. Патель огляделся в поисках свободного диспетчера.
– Простите, – позвал он женщину в двух столах от него.
Диспетчер повернулась на его голос, и он увидел телефонную трубку, прижатую к уху. Она улыбнулась. Патель улыбнулся в ответ. Затем улыбка на ее лице застыла, померкла; трубка все еще была прижата к уху. Она раскрыла рот. В тот самый миг, когда женщина бросила трубку, распахнулась дверь.
Раджкумар словно парил всей своей массой над рабочими столами. Он повернулся к Пателю.
– Некто, зовущий себя «Джентльменом», направил сообщение в прессу, в шесть главных газет. Личное сообщение.