Историки доказывают, что бесчеловечная политика голода достигла только идеологических, но не экономических целей. Основным поставщиком ресурсов для нацистов осталась Франция. Советские войска при отступлении уничтожали промышленные предприятия и объекты инфраструктуры. Кроме того, немцы поначалу не планировали использовать промышленные мощности на Востоке. Начавшийся в 1942 г. запуск промышленных предприятий не дал большого эффекта, т. к. вскоре оккупированные территории пришлось оставлять^[1286]. Р. Шмидт отмечает, что немецкая военная добыча до весны 1942 г. была примерно равной только поставкам нефти, марганца и зерна, которые делал Советский Союз Германии в январе 1941 г. За исключением производства жира, мяса, кож и мехов, которые были достигнуты массовым забоем животных, все другие трофеи были не выше тех, что германская армия получала с этих территорий в Первую мировую войну при соблюдении норм международного права^[1287].

В отличие от эксплуатации производственных мощностей оккупированной территории, подневольный труд советских граждан имел для оккупантов большое значение. Немецкие историки пишут, что те или иные работы для немцев исполняли 15 млн человек, в том числе 2,8 млн депортированных в Германию «восточных рабочих» и 6,4 млн привлеченных к труду на оккупированной территории^[1288].

В. Бенц цитирует известные слова Фрица Заукеля, назначенного в марте 1942 г. генеральным уполномоченным по труду: «Я получил свое поручение от Адольфа Гитлера, и я доставлю миллион восточных работников в Германию, невзирая на их чувства и желания»^[1289]. После того как вербовка добровольцев в мае и июне 1942 г. не принесла желаемых результатов (148 и 164 тысячи соответственно)^[1290], людей стали вывозить в Германию принудительно. Нацистские чиновники, полиция и вермахт приступили к насильственной мобилизации, которую современные немецкие историки называют «охотой на людей»^[1291] или «охотой за рабами»^[1292]. В. Бенц рассказывает, что обычным явлением стали облавы на улицах или захват посетителей кинотеатров, и цитирует одно из официальных сообщений: «Перед центральным молочным магазином были окружены все стоявшие в очереди женщины. Их погрузили в автомобили и доставили на сборный пункт. При этом одна беременная женщина родила по дороге в лагерь». На уход населения к партизанам оккупанты отвечали драконовскими карательными мерами: конфискацией зерна, поджогами крестьянских дворов, избиениями и перевозкой захваченных людей в Германию в оковах^[1293]. Только при отступлении с территории Советского Союза германские войска угнали на Запад с собой около 1 млн человек^[1294].