Во время тифлисских обедов Анна познакомилась с генералом Павлом Коцебу, начальником Генерального штаба Кавказского корпуса, Александром Хвостовым, директором дипломатической канцелярии в Тифлисе, генералом Анрепом, полковником Брусиловым, капитаном Толстым. Все они были «очень добры, приветливы, учтивы», а жены их, хоть и не блистали красотой, но были приятны во всех отношениях, хорошо изъяснялись по-французски, много читали и с легкостью поддерживали любые, даже научные темы.

Листер «нашла весьма симпатичным» и семейство Орловых. Иван Алексеевич, походный атаман казачьих войск при Отдельном кавказском корпусе, был немолод, но щеголеват — носил чоху, архалук, папаху, смахивал на горского князя, владельца башни и десятка душ. Его супруга, Еликонида Петровна, тоже казалась чуть восточной — то ли из-за плавучей неспешной речи и грациозных движений, то ли потому, что одевалась она слегка на грузинский манер, в бархатные вышитые шелком платья, голову покрывала чихти-копи, крохотной шапочкой в тумане газовой фаты. «Симпатичная, милая миниатюрная дама, почти ничего не ела, пока ее гости старательно набивали утробы», — заметила Анна. С ней она говорила обо всем — политике, военных делах, литературе, высокой кухне и, конечно, модах.

Портрет Н. А. Чавчавадзе (Грибоедовой). Неизвестный художник

Орлова посетовала, что Тифлис нынче беден светскими развлечениями и она скучает здесь бесконечно: «Нет ни театра, ни кабинета для чтения, хотя обещают вскорости его открыть. Нет модных магазинов и галантерейщиков. На это я заметила, что они здесь и не нужны — дамы в Тифлисе одеваются прекрасно. Здесь нет парикмахера-куафера. Впрочем, имеется французский магазин. Там я смогу приобрести стекло для моих карманных часов фирмы Parrelet».

Самыми экзотическими дамами пестрого тифлисского общества были сестры Чавчавадзе — Нино и Екатерина, истинные грузинские аристократки. Нино носила траур по жестоко растерзанному в Персии супругу, Александру Грибоедову. Черный ей необыкновенно шел — оттенял благородную бледность ее мраморного недвижного лица, казавшегося ликом святой мученицы. Екатерина выглядела старше своих лет. Бойкая, живая, общительная, с яркими черными глазами и грубоватыми, немного мужскими чертами лица — царица Тамар во плоти. Несколько лет назад она удачно, по большой любви, вышла замуж за владетельного князя Давида Дадиани, правителя Мингрелии. И жила на два дома — в Тифлисе в родительском особняке и в Зугдиди, с мужем.