Для пополнения запасов топлива на самих вспомогательных судах КВФ было задействовано девять зафрактованных танкеров торгового флота, отправившихся в Южную Атлантику в течение апреля месяца215, плюс еще четыре в мае. И еще один танкер, «Форт Торонто», выступил в роли водоналивного судна для снабжения экспедиционной группировки пресной водой.

Одновременно началось развертывание амфибийных сил. Первым из Марчвуда вышел танкодесантный корабль «Сэр Персивал». В течение двух следующих суток подтянулись еще три ТДК, суда КВФ и ДВКД «Фирлесс» под брейд-вымпелом коммодора Клэппа. Ему было поручено командование объединенной корабельной группой на переходе к острову Вознесения. Однако уже по выходу из Ла-Манша кэптен Миддлтон на «Гермесе» запросил разрешение действовать самостоятельно для проведения учебных полетов его палубной авиагруппы, не связывая себя эскадренным 12-узловым ходом, лимитированным крейсерской скоростью танкодесантных кораблей. И, получив согласие Нортвуда, ушел в отрыв в сопровождении фрегата «Алэкрити». «Это был последний раз, когда он находился под моим командованием», – вспоминает Клэпп. Второй авианосец, «Инвинсибл», «захромавший», едва миновав мыс Лендс-Энд, на один вал из-за поломки гидромуфты главного редуктора и оказавшийся, пока производилась ее замена, не в состоянии развивать ход более 15 узлов, оставался в составе основной группы.

В Средиземном море фрегаты «Бродсуорд» (кпт. У. Р. Каннинг) и «Ярмут» (кдр Э. С. Мортон), отбывшие в тот же день из Гибралтара, но совсем в другом направлении – на ост, для несения службы в Персидском заливе, были развернуты на 180 градусов и получили приказ присоединиться к «Гермесу». Причем первым этот приказ пришел старичку «Ярмуту» (типа «Ротсей»), немало удивив всех на намного более современном «Бродсуорде», пока через некоторое время на том не получили аналогичного указания.

Но самым первым надводным кораблем, вышедшим из порта Соединенного Королевства в Южную Атлантику, стал океанский буксир Королевской морской вспомогательной службы «Тайфун» (кап. Дж. Н. Моррис), тихо, без музыки и оваций, отплывший из Портленда в воскресенье 4 апреля. Как пишет об этом Дэвид Браун, «он, безусловно, был не самой гламурной единицей из числа участвовавших в развертывании, но являлся необходимой частью сил обеспечения… Вскоре стало понятно, что потребуется больше буксиров, и были реквизированы три судна: „Айришмэн“, „Сэлвиджмэн“ и „Йоркширмэн“, принадлежавших Объединенной буксирной компании».

Наиболее изнурительным испытанием на пути к Фолклендам, по воспоминанию многих участников событий, явилась неопределенность. Личный состав КВМФ был мотивирован не в столь агрессивном духе, как морские пехотинцы, скрашивавшие время в тренировках по стрелковой и физической подготовке на палубах десантных кораблей и транспортов и с нетерпением ждавшие момента, когда им позволят «надрать аргам задницы». Моряки же проявляли предрасположенность размышлять и задаваться вопросами, особенно в часы предутренней вахты. «Придется ли нам воевать или дипломаты сумеют договориться? Когда выплатят денежную надбавку? Успеем ли мы вернуться домой к старту Уимблдонского турнира или придется смотреть его в записи? Так ли силен аргентинский флот, как он выглядит на страницах справочника Джейна? Достаточно ли хороши наши зенитные ракетные комплексы, чтобы противостоять ордам аргентинской авиации?» Возникал и вопрос: «А зачем вообще нас туда послали?»