Этот обмен репликами был предвестником грядущих событий. В течение 11 августа в здании, где размещались Министерство армии и Генеральный штаб, представители младшего офицерского состава постоянно встречались друг с другом и обсуждали происходящее. В этой крайне напряженной атмосфере созрел план заговора. Майор Macao Инаба предложил начальнику Военного управления выпустить от имени министра армии обращение, призывающее офицеров и солдат сохранять высокий боевой дух. Получив разрешение руководства, Инаба написал текст с призывом продолжить войну, который младшие офицеры передали в прессу[391].

Новости о заявлении министра армии встревожили партию мира. Однако Того отказался что-либо предпринимать, вероятно опасаясь того, что его вмешательство только подольет масла в огонь. Сакомидзу, Ёсидзуми и князь Коноэ пытались остановить публикацию этого обращения, но безуспешно. Кидо тоже отказался вмешиваться в эту ситуацию, заявив, что такой шаг может спровоцировать армию на активные действия. Анами же, в свою очередь, ничего не предпринял, потому что, по его словам, это заявление, сделанное от его имени, отражало его мнение[392]. Этот случай показывает, что капитуляция Японии была еще под большим вопросом. Один неверный шаг мог нарушить хрупкое равновесие, в корне изменить ситуацию и направить Японию по пути продолжения войны, которое дорого бы ей обошлось. Ключевая роль в этом раскладе сил принадлежала Анами, но он пока так и не определился, какую сторону занять.

Для того чтобы предотвратить этот разворот на 180 градусов, Мацумото и Хасэгава из агентства «Домэй» решили как можно скорее отправить союзникам уведомление о том, что Япония принимает требования Потсдамской декларации при одном условии. Поскольку все новости, передающиеся в коротковолновом диапазоне, должны были пройти военную цензуру, они тайно отослали морзянкой сообщение под заголовком «Япония принимает Потсдамскую декларацию». Им удалось передать текст сообщения трижды, прежде чем военные цензоры узнали об этом и прервали передачу Ёсидзуми возмущенно протестовал против этого. Он боялся, что известия о решении японского правительства остановить войну могут подорвать боевой дух солдат на передовой. Однако в течение следующего часа информационное агентство «Юнайтед Пресс» начало передавать новости о том, что Япония приняла требования Потсдамской декларации. Трумэн узнал об этом 10 августа в 7:33 утра (20:33 по времени Токио)[393]. Страшно подумать, что могло бы произойти, если бы в США узнали о воинственном обращении министра Императорской армии к солдатам до того, как «Домэй» передало сообщение о капитуляции. Благодаря Мацумото и Хасэгаве новость о том, что Япония согласилась на условия потсдамского ультиматума, мгновенно распространилась по всему миру.