Ландшафты, матрицы, хребты: Урал Алексея Иванова
Ландшафты, матрицы, хребты: Урал Алексея Иванова
«Пермский культурный пузырь» Аверкиева начинается с того, что, даже если некоторые проекты, за которые взялась команда Чиркунова, выглядят привлекательными и желанными, Пермская земля не является для них родной. «Они ее просто пользуют, иногда топчут»[396]. Очерк заканчивается аналогично – в нем отмечается, что если бы Чиркунов был губернатором любого другого региона, то следующим претендентом на звание культурной столицы России стал бы этот регион. То есть если даже Пермский проект является региональным вызовом центру, то он не имеет никакого отношения к Пермскому краю как таковому, и в этом была проблема: «Им все равно где. Место на карте им безразлично. А нам-то небезразлично». Далее Аверкиев высказался в пользу своего рода современных изменений, привязанных к месту: «Мир меняет другое – не только глобализация, но и стремительно нарастающая регионализация национальных территорий. Повсеместно формируются новые мощные региональные центры»[397].
На самом деле «Пермский культурный пузырь» открывается не только критикой, но и явной завистью. «Спасибо за вызов» – то есть за возможность подыскать в Пермском крае для культуры место, отличное от того, которое предлагали Чиркунов и его команда. Почти у всех противников Пермского культурного проекта был длинный список встречных предложений по развитию культуры в регионе, и они действительно утверждали, что региональные культурные производители уже давно работали над ними – лишь для того, чтобы их усилия оказались прерваны и извращены Пермским культурным проектом[398]. Пермский звериный стиль как бренд, независимые фестивали «Камва» и область «пермистики», исследуемая В. В. Абашевым и его коллегами из Пермского государственного университета[399], – обо всем этом мне рассказывали как о региональных альтернативах. Однако самой популярной альтернативой стал комплекс культурных проектов, предложенных писателем и культурологом А. В. Ивановым. Ученые, с которыми я встречался, отсылали меня к культурологическим очеркам Иванова (достаточно часто предупреждая об их исторической неточности), библиотекари предлагали мне его работы, когда я спрашивал о современных краеведческих исследованиях, к тому же Иванов выступал в качестве издателя серии книг под названием «Пермь как текст», объединявшей художественные и научно-популярные тексты целого ряда региональных авторов. Многочисленные романы самого Иванова, получившие местную и национальную известность еще до начала Пермского культурного проекта, всегда занимали видное место на полках книжных магазинов Перми. Я останавливаюсь на проектах, связанных с Ивановым, потому что они, пожалуй, получили наибольшее распространение – отчасти из-за его высокой продуктивности, а отчасти из-за его готовности участвовать в частых публичных дискуссиях с командой Чиркунова.