Страшные потери понесла Россия в двадцатые пятидесятые годы от репрессий против литераторов, из 2000 которых 1500 были уничтожены в тюрьмах и лагерях, только в Ленинграде из 100 арестованных уничтожили 60 («Литературная газета». 28.12.1988).

Вот только несколько имен исчезнувших в большевистских застенках в расцвете лет Гумилев, Клюев, Мандельштам, Артем Веселый, Павел Васильев, Бабель и сотни других литературных звезд. С конца 1917 и по 1920 год были еще уничтожены или умерли с голода или тифа М. Меньшиков, Т. Ефименко, В. Розанов, Ф. Крюков и десятки других талантов.

На десятки лет были преданы забвению известные русские философы, поэты, писатели Н. Бердяев, П. Сорокин, Р. Гуль, И. Шмелев, Е. Замятин, И. Ильин, З. Гиппиус, П. Милюков, В. Шульгин и десятки других славных имен русской словесности. Десятки лет советские люди не знали о их существовании, объедаясь литературными поденщиками типа Гладкова, Фадеева и россказнями кремлевских идеологов о небывалом расцвете отечественной культуры периода советской эпохи. Какой может быть расцвет без цвета отечественной мысли?!

ГУЛАГ пожирал не только всякого рода «контру». Питался и птицей невысокого полета. В 1933 году в Москве были запрещены извозчики. Тысячи бричек, колясок, фаэтонов сломаны и сожжены, лошади изъяты, конюшни с жилищами извозчиков отобраны, а сами извозчики вместе с семьями сосланы (Мирек… С. 259). «Некондиционный товар» для коммунизирующейся столицы…

Как ни пытались большевики уничтожить «дворянское отродье» и его культуру, к середине тридцатых годов в бывшей столице императорской России еще оставалось немало отпрысков бывшей знати, в силу различных причин не покинувших пределы отечества.

Носители высокой культуры, немалых знаний, гуманитарных и технических, «бывшие» явно кололи глаза новым властителям, не вписываясь по им одним известным причинам в ранжир нового социалистического общества, кроимого кремлевскими архитекторами.

Общество форсировагно очищалось от троцкистов, бухаринцев, зиновьевцев, кулаков и подкулачников, всяких религиозных сектантов, шпионов, вредителей, диверсантов и прочих «насекомых», неизвестно когда успевших расплодиться и «паразитировавших» на ниве пролетарской культуры. На фоне всеобщей стерилизации сохранение оазиса «бывших» выглядело анахронизмом. Особенно после убийства Кирова. Поэтому было принято решение с этим «безмятежным островом», явным рассадником «контрреволюции», покончить.

Всего по СССР на 1 декабря 1935 года из общества было изъято 265 720 человек, к расстрелу приговорены 84 903 человека, к ИТЛ 65 274 и к другим мерам — 64 483 человека (Исторические чтения на Лубянке. 1997–2007. М.: Кучково поле, 2008. С. 217).