По Ленинградской области было осуждено 28 588 человек, из них к расстрелу 13 384 и к ИТЛ 15 204 человека (указ. соч., с. 215).

Из Ленинграда было выслано свыше 11 000 «бывших», из которых 4833 были главами семей.

На столь суровые кары эти люди были «обречены своим дворянским происхождением, родством с офицерами царской армии и флота, университетским образованием, умением правильно говорить по-русски.

Выселение “бывших” было бессмысленным с точки зрения общественной безопасности актом. Из города была удалена наиболее законопослушная часть населения» (указ. соч., с. 202).

Не избегло зачистки от «бывших» и министерство иностранных дел (НКИД), в царское время ставшее вотчиной дворянских отпрысков, обладавших знанием иностранных языков и соответствующей культурой. За 1936-37 годы было арестовано 2000 человек (Мирек… С. 172), угодивших кто под расстрел, кто на лесоповал, почти тот же расстрел, только растянутый по времени и сопровождаемый ежедневным издевательством моральным и физическим.

После убийства Кирова страну захлестнула волна массовых репрессий расстрелов и тюремных посадок. Инициируемый сверху психоз выливался в шпиономанию, повальное доносительство, в мифы о проникновении классовых врагов (в первую очередь троцкистов) во все поры общества и в связи с этим о необходимости усиления бдительности ко всем и всему и тому подобные страшилки. Распространение всякого рода фобий совместно с участившимися арестами людей по месту жительства, на производстве рождало всеобщую атмосферу взаимного недоверия и страха.

Литературные знаменитости Запада ради удовлетворения чувства любопытства относительно строящегося в СССР социализма и окунаясь по приезду в общую атмосферу подозрительности, зная о громких здешних политических процессах и массовых репрессиях, пытались найти ответ об их истоках у главы государства, то есть у Сталина. Так, в 1935 году Р. Роллан в беседе со Сталиным услышал такой ответ: «Политик, несущий бремя ответственности за народ, должен делать все не для себя, а для государства, которое требует безжалостности» («Завтра». № 51. 2012). Ловкость языка и никакого мошенничества (перефразируя известную поговорку)! Оказывается, это безжалостность государства требовала, чтобы из 2,5 миллионов заключенных, доставленных в Магадан с 1937 по 1941 годы, 1 миллион угробить от голода, холода, болезней и пыток (Ротфорт М. С. Колыма круги ада. Воспоминания. С. 86)!

Оказывается, это государство породило семью, частную собственность и… государство! Большие фокусники эти большевики. Неодушевленную абстракцию одушевляют и от ее имени творят преступления, попросту говоря, хотят уйти от суда истории.