И снова происходит изменение в статусе добровольцев. Официально обозначение РОА не было признано, но сейчас, по крайней мере, солдаты назывались «добровольцами», а не членами «осттруппен». В начале 1944 г. для «недочеловеков» исчезли последние следы различия. «Добровольцы» могли иметь сексуальные отношения, с кем желали, и жениться на тех, кто им нравился. Если это была работа Штауффенберга, то следует заметить, что он возражал против вывоза «добровольцев» из оккупированных территорий Советского Союза. Тот факт, что Штауффенберг активно работал над защитой учреждений Гелена и Мартина и стремился сохранить некоторый централизованный контроль над добровольцами, интерпретировался различными способами. Как утверждает господин Аллен Даллес, примерно в апреле 1944 г. эмиссар организации сопротивления, куда входил Штауффенберг, Адам Трот цу Зольц был послан в Швейцарию, чтобы предупредить союзников. В случае их непризнания антигитлеровского правительства Штауффенберг использует русских рабочих и «добровольцев», чтобы объединиться со Сталиным в борьбе за общее дело. В то, что Штауффенберг был способен сотрудничать со Сталиным, также верит Ганс Гизевиус, у которого через два месяца состоялся единственный короткий разговор с ним. Карл Михель, более дружелюбно настроенный очевидец, хорошо знавший Штауффенберга, описывает расплывчатый план, по которому массы немцев вместе с четырьмя-пятью миллионами советских граждан должны удерживать баланс сил как против Гитлера, так и против Сталина. Поэтому в декабре 1943 г. Штауффенберг хотел удержать как можно больше русских «добровольцев» в немецких тренировочных центрах, которые станут «местами свободного рынка», где немцы и русские смогут подружиться. Исключительно тщетная надежда, ибо в 1945 г., когда эти «места свободного рынка» были действительно заняты власовскими войсками, случилось противоположное.

Баланс вероятностей предполагает, что Штауффенберг держал свои симпатии к советским дезертирам, которые возникли из его опыта службы полевым командиром в России в 1941 г., отдельно от своих планов свержения Гитлера. Да, это правда, что четыре члена заговора Штауффенберга, отдавшие свою жизнь после июля 1944 г., также активно занимались планами для дезертиров. Это были Хеннинг фон Тресков, фон Ронне, Эдуард Вагнер и Фрайтаг-Лорингхофен. Но это не такая уж необычная вещь, когда приязнь к русским соседствует с оппозицией Гитлеру. Вполне вероятно, что Власова могли бы считать агентом в этом заговоре. 20 июля 1944 г. единственной высокопоставленной личностью, проявлявшей хоть какой-то интерес к Власову как командующему русской армией, был Гиммлер.