Как командующий Резервной армией, Гиммлер был сменен Готтлобом Бергером, который оставался настроенным враждебно ко всем политическим амбициям Власова. Все же, как человек СС, он должен был найти средство поправить положение с привлечением добровольцев из числа русских пленных. Он писал в конце января, что подрывные элементы среди заключенных, противодействующие набору в части Власова, должны передаваться в СД. Другими словами, первоначальный «приказ о комиссарах» 1941 г., который никогда не отменялся, должен был быть снова введен в практику. Но условия, создавшие эпоху террора в русских лагерях в 1941 году, уже не могли быть вновь воспроизведены. Пленный британский офицер, который имел исключительные возможности для наблюдений в Stalag IV B в Мюльберге (от нем. Stammlager, один из самых больших лагерей для военнопленных во Второй мировой войне. — Пер.), писал следующее: «Немцы всегда организовывали наблюдение за всеми развлечениями военнопленных силами своих людей, и в случае таких представлений для русских там всегда присутствовал власовский капитан с сержантом. С восхитительным чувством юмора русские пленные отказывались усаживать их в зале и сделали сбоку от сцены маленькую ложу из фанеры, окрашенную в малиновый цвет „под бархат“. Двое людей Власова обычно заходили в барак одновременно и стыдливо крадучись, и с видом жалкого самодовольства и садились в „ложу“. Мой друг объяснил мне, что в диалог на сцене вплетено много двусмысленностей, намеков на некие двуликие создания из мифологии, определенных людей, которым дали поиграть с веревкой, на которой они в конце концов и повесятся, и так далее. Люди Власова принимали все это с каменными лицами, иногда прикрывая свое смущение, когда „шпильки“ становились слишком очевидными, тем, что прикуривали сигареты, после чего какой-нибудь комический персонаж на сцене подходил к ложе и принюхивался к дыму с видом „малыша Бисто“». («М а л ы ш и Б и с т о» — «Bis-to kids» — персонажи комиксов, рекламирующих продукцию британской компании Bisto (большей частью соусы) — мальчик и девочка в рваной одежде, принюхивающиеся к доносящемуся запаху еды. — Пер.)

Но майор Кейлинг сообщал из Мюнзингена, что люди Буняченко, которые слушали радиостанции всего мира, вновь обратили свои надежды к Западу. Для них было загадкой, почему британцы и американцы не бомбят район их обучения. Один из офицеров Буняченко разговаривал на железнодорожном вокзале в Берлине с пленным британским летчиком. Из этого «берлицевского разговора» (Б е р л и ц — основатель метода обучения иностранным языкам, одним из основных принципов которого была первоочередность обучения устной речи по сравнению с навыками чтения и письма. — Пер.) он заключил, что передача пленных добровольцев из Советского Союза — только временная уступка Сталину, которая прекратит свое действие с окончанием войны. Тогда уже западным союзникам понадобятся добровольцы для борьбы против большевизма.