Но теперь Швеннингер столкнулся с новой проблемой. Буняченко получил приказ передать своих людей в качестве резерва в распоряжение командира 275-й пехотной дивизии, что было возвратом в презренный статус Hiwi.

Дивизия входила в группу армий «Центр» фельдмаршала Шернера, самого непопулярного германского военачальника. Буняченко подчинялся Йодлю, но не Шернеру. Сильно обеспокоенный Швеннингер отправился в штаб 5-го корпуса, чтобы объяснить ситуацию Шернеру, который должен был туда прибыть. Шернер, имевший прозвища Bloodhound (ищейка — порода собак, также кровожадный человек. — Пер.) и «Сила через страх», был жуткой личностью. Как многие люди питают веру в эффективность лекарств, так Шернер верил в расстрелы офицеров. Даже и в 1958 г. все еще предпринимались попытки привлечь его к ответственности за некоторые казни по его произволу, и в настоящее время (1958 г. — Ред.) он отбывает небольшой срок тюремного заключения.

Шернер оправдал свою репутацию. Он сказал Швеннингеру, что 17 тыс. человек Буняченко будут расстреляны из пулеметов с воздуха эскадрильей истребителей, если они откажутся выдать на расстрел своего генерала. Но на дворе было 14 апреля 1945 г. У фельдмаршала Шернера, который ехал в Берлин в последний раз посетить Гитлера в его бункере в рейхсканцелярии, не было под рукой эскадрильи истребителей. (Даже к началу проведения Пражской операции Красной армией (6–11 мая 1945 г.) у Шернера имелось, помимо свыше 900 тыс. солдат, 9700 орудий и 1900 танков и штурмовых орудий, также и 1000 самолетов. — Ред.)

В качестве ответа — сразу напомнившего о все тех же «десяти тысячах» — Буняченко организовал для своей дивизии опорный пункт, защищенный танками, артиллерией и средствами противовоздушной обороны: всем, что с такой неохотой было выдано с немецких артиллерийских складов. Но эта демонстрация была напрасной. Красная армия прорвала фронт Шернера между Мускау и Губеном. Берлин был под угрозой с севера, востока и юга, и никого уже не волновал мятеж русского коллаборациониста.

16 апреля дивизии Буняченко пришел приказ отступить к городу Хойерсверда (город в Саксонии, около 50 км к северо-востоку от Дрездена. — Пер.), то есть примерно на 30 км к югу, в сторону Судет. Это Буняченко устраивало. Следующий приказ — отступить к Радебергу близ Дрездена — был выполнен, так как это был шаг все еще в нужном направлении. Но когда дело дошло до погрузки в поезда для отправки в неизвестный пункт назначения в Богемии (Чехии), Буняченко снова восстал. Этот приказ на погрузку возбудил в нем подозрения. Зачем это нужно Шернеру, когда Красная армия уже всего в 30–40 км от Радеберга? Буняченко продолжил марш мимо Дрездена, примерно в 30 км к юго-востоку, к фантастическим скалам Бад-Шандау в Саксонской Швейцарии. Здесь он получил приказ явиться к Шернеру, последнее месторасположение штаба которого было совсем близко, но в полдень 24 апреля он отправил к Шернеру офицера штаба с объяснениями, что он не может двигаться из-за автомобильной аварии. Тем временем Буняченко вел своих людей маршем на юг через чешскую границу и разместил их на горе к западу от Дечина.