Таким образом, русские «добровольцы» были не одиноки в вере, что Чехия должна стать американской оккупационной зоной. Конечно, были чешские коммунисты, которые собирались отдать страну Красной армии, но если бы «добровольцы» поддержали легитимистскую фракцию Бенеша и Масарика и приветствовали бы приход американцев, они должны были бы получить признание (до определенной степени). Буняченко верил, что в течение недели он смог бы избавиться от всех коммунистов и немцев в Чехии, если бы ему оказала помощь 2-я власовская дивизия под командованием Зверева, которая, однако, находилась в Линце, в 200 км южнее Праги.

В этот момент поступило известие о смерти Гитлера. Для Власова эта новость не усиливала аргументы Буняченко. Он уже слышал новости и считал, что дезертировать от немцев в этот момент означало показать миру, что добровольцы являются обычными авантюристами, предавшими обе стороны и не заслуживающими милосердия, — трактовка, которую подтвердили последовавшие события. Тем не менее Власов не запретил Буняченко его предприятия. Он просто объявил, что не будет ему препятствовать.

Власов уже не раздумывал над возможностью добиться милосердия со стороны западных союзников. Он уже сделал попытку в этом направлении, и она была безуспешна. Наша история возвращается к 19 апреля, когда учебные лагеря Хейберг и Мюнзинген должны были экстренно эвакуироваться перед лицом наступающих американцев. 2-я власовская дивизия, насчитывавшая вместе со штабом Власова, резервом и учебным персоналом около 22 тыс. человек, была вынуждена отправиться в сторону Восточного фронта. Без тяжелого вооружения и средств противовоздушной обороны, имея всего лишь винтовки и другое легкое оружие, это крупное соединение направилось по дороге на Фюрстенфельдбрукк, чтобы погрузиться в эшелоны и отправиться в Линц. Ожидалось, что в Линце группой армий «Юг» генерала Рендулича ей будет выдано кое-какое вооружение.

Марш был направлен не в сторону лояльных Власову казаков или дружески настроенных славянских коллаборационистов, но у Власова в запасе оставалась одна уловка — обращение к американским генералам Патчу и Паттону, чьи танковые колонны двигались через Южную Германию почти по пятам за ним самим. В 160 км на юго-восток от Мюнзингена на австрийской границе находится альпийская деревня Зигим-Алльгой. Здесь в богатстве и спокойствии в своем поместье Хедвигсхоф, среди разломов и трещин разрушавшегося рейха, жил Эрих Двингер, попавший в опалу у Гиммлера после выхода его статьи Wille und Macht («Жажда и власть») в 1943 г. Власов слышал, что его старый наставник Штрик-Штрикфельд, сейчас не занятый делами, остановился у Двингера. 24 апреля, через пять дней после того, как 2-я дивизия покинула Мюнзинген, Власов вместе со своими генералами появился в Хедвигсхофе.