Таким образом, наиболее удобна морфологическая орфография (историческая). Это старая орфография». [55, с. 26].

Возможно ли возвращение к ней? Уже поздно? Нет, друзья мои, немтыри и заики, давайте учиться петь. Во весь голос. Кстати, вы знаете, что в старину от заикания лечили чтением церковно-славянской Псалтири? Нет? Тогда пойдем дальше.

Бесы-буквоеды

Бесы-буквоеды

Господь Бог попустил, и одним мановением Ленина бесы в русский язык вошли. Не получилось ли так, что приставка бес, заменившая без, сделала язык, одержимым бесом?!

Закопошились, поползли со страниц в души бес-сердечный, бес-страстный, бес-сильный… Легионы смысловых оборотней! Бесотрансплантация удалась. И на стыке, в месте сращения тёплого корневого слова с ледяным бесом, образовались, пошли гулять по просторам вирусы бес-памятства, бес-порядка, бес-сер-дечия.

Действительно, перед сотнями русских слов «бес» стал как пристав, как надзиратель за тем, чтобы смысл корневого значения был перевернут. В книге «Услышьте славяне все Слово» философ Г.Емельяненко пишет образно и выразительно: «Было в нашем языке одно-единственное слово ругательное — бѣсъ. И стояло оно, как будто на лобном месте, — издалека заметно. И отличалось от всех, и узнавалось легко, как признак врага — духа злобы. Благодаря церковно-славянскому правописанию, бъсъ имел свое первородное имя, паспорт и прописку преисподней. Поэтому народ твердо знал о его существовании, встречался по жизни со следами лукавого, сочинял о нем в ночь перед Рождеством, опасался его козней… Когда вытворялась буквально провальная перестройка великого языка, бесы-буквоеды уничтожили две древние буквы в слове — имени своем. Одну — ять — подменили, другую — ер — стерли. Нутро обновили, а хвост обрезали. Причесали его, очеловечили, гуманизировали, да прямо — из грязи в князи. Так путем неестественного отбора и расплодилось племя бесподобных…

Введя в язык новописанного беса, буквоеды культурно отвели от него древний корешок узнавания его первородного имени и привили к новой приставке бес, которую вместо родной приставки без ввели повсеместно — во всех соответствующих словах языка. Получилось так, что беса запрятали от узнавания его людьми за двойную стену безпамятства…»

Вдумайтесь в эти слова-оборотни. Бес-перспективный, бес-толковый, бес-полезный… Они кажутся отрицательными, однако издевательски скрывают в своем звучании похвалу рогатым…

Язык — поистине генетический материал. И вот после 1917 года, едва ли не в каждую его живую клетку-слово впился вирус-паразит. Чудовищными анакондами поползли каббалистические аббревиатуры, новояз беспощадно наступал.