9 июня израильская авиация нанесла точный удар по укрепленным районам сирийцев на Голанских высотах, а потом в наступление двинулись танковые бригады. Танкистам было известно точное положение каждого орудия, каждой долговременной огневой точки, каждой противотанковой мины. Именно поэтому и смогли они выбить сирийцев из укреплений, понеся незначительные потери. Победа в этой операции была достигнута во многом благодаря точным сведениям о сирийской оборонительной полосе, добытым Эли Когеном. Великий израильский разведчик и после гибели верно служил своему государству и народу.

Уцелевшие египетские и сирийские МиГи, которые поднялись в воздух, тоже были очень скоро уничтожены в воздушных боях. И произошло это не только потому, что израильские летчики были высококлассными специалистами. Они к тому же отлично знали все наиболее уязвимые места самолетов своих противников, «мертвые зоны», куда не достает их бортовое оружие. Этому способствовало изучение подобных мест на самолете, угнанном Муниром Редфой…

После победы в Шестидневной войне руководство Израиля приняло энергичные меры, чтобы освободить своих граждан, по тем или иным причинам попавших в руки противника. В обмен на пять тысяч египетских солдат освободили несколько десятков израильских летчиков и бойцов-водолазов, плененных египтянами. Но еще большую ценность представляли 9 генералов и 500 офицеров, взятые израильтянами в боях. Было официально предложено немедленно их всех освободить и вернуть на родину в обмен на десять израильских разведчиков, заключенных в египетских тюрьмах. Первыми в этом списке стояли имена супругов Лотцев. И вскоре все десять были освобождены и возвратились в Израиль.

Выдающийся руководитель МОССАДа Исер Харел вышел в отставку в 1963 году, когда премьер-министр Бен-Гурион не одобрил его тактику диверсионных актов против немецких специалистов-ракетчиков, работавших в Египте. Его преемником на посту начальника МОССАДа стал Меир Амит, до этого возглавлявший военную разведку — АМАН. Амит, закончивший Колумбийский университет, высококультурный специалист, владевший почти всеми европейскими языками, был полной противоположностью Исеру Харелу. Он считал, что научные методы организации разведки и анализа полученных ею сведений играют не меньшую роль, чем интуиция и голый риск. При Амите моссадовцы стали действовать более цивилизованными методами, меньше внимания уделяя диверсиям.

Однако в некоторых случаях и Амит организовывал весьма масштабные и дерзкие операции. Примером может служить угон ракетных катеров, построенных на верфях французского города Шербура. Эти катера были в то время наиболее современными малыми кораблями такого класса. Они развивали скорость до 45 узлов, вооружались противокорабельными ракетами и могли противостоять египетскому военно-морскому флоту. Правда, израильтяне заказали всего 10 катеров, а египтяне имели 10 одних только фрегатов, 12 подлодок, 6 эсминцев и более 50 торпедных и ракетных катеров, в основном — советского образца. Но в Израиле уже привыкли, что соотношение в численности вооружения, как правило, не в их пользу, а до получения французских катеров они вообще могли противопоставить египтянам только одну устаревшую подводную лодку.