Верной была мысль теоретиков о необходимости создания материально-технической базы коммунизма в процессе перехода от социализма к коммунизму. Сегодня мы можем, опираясь на опыт собственных ошибок и достижений, сказать, что сейчас, при современном уровне развития технологий – прежде всего компьютерных и средств связи,  – можно ставить вопрос о строительстве социализма в  России с гораздо большим основанием и уверенностью в достижении результата, чем это делалось сто лет тому назад. Те потенциальные преимущества, которыми обладал советский социализм, сегодня дали бы взрывной эффект стремительного развития. Причем поворот России в сторону строительства социализма (и коммунизма) не повлечет за собой никаких существенных, тем более драматических социальных потрясений. Пока еще нет нужды в разрушении бесчеловечных и антигуманных сословных систем (контуры создания которых уже просматриваются), нет губительного сращивания церкви с государственным аппаратом насилия (что тоже с каждым днем становится явственным). Высокая степень концентрации богатства в руках нескольких сотен персон позволит провести национализацию – там, где это целесообразно,  – с минимальными нравственными издержками. И что еще важно: умонастроения людей гораздо более содержательны и полноценны, нежели это было еще недавно. Люди научились сравнивать и считать, они во много разочаровались, а это – незаменимый жизненный опыт.

Нельзя не сказать о ставшем в некоторых кругах популярным сопоставлении христианства и коммунизма. Можно, например, прочитать, что «Христос был первым коммунистом». Мне понятны упования такого рода, и я не стану активно в этом разубеждать, но не отметить важные и глубокие отличия христианской и коммунистической идей не могу. Прежде всего, соглашусь с тем, что внешняя сторона оформления коммунистической идеи и ее распространения, внедрения в общественное сознание откровенно и недвусмысленно скопирована у христианской церкви. Аналогия полная, включая даже такие вторичные признаки, как Моральный кодекс или «иконостасы» из портретов членов Политбюро ЦК КПСС и т.  п. Можно, разумеется, трактовать проповеди Иисуса Христа как призывы к справедливости, хотя при более внимательном чтении натяжки станут видны: Христос не занимался социальным переустройством общества, он апеллировал к душе и ее спасению. Важно также, что человек в христианстве – существо порочное, «поврежденное»; в  коммунистической идее человек, напротив, носитель и источник справедливости, человек сам кузнец своего счастья. Для христианства такая мысль просто кощунственна. Можно ли соединить христианскую и коммунистическую идею? Я считаю, что нет, нельзя. Но я считаю, что и не нужно. Важно четко осознавать и разграничивать предметные области и сферы применения религии и социальной технологии. Тогда сосуществование христианской религии и коммунистической идеологии в неком государстве, строящем коммунизм, станет возможным и бесконфликтным.