Огонь

Вот уж в каком слове соединились «добро» и «зло», так это в слове «огонь». Источник тепла, света, приготовления пищи и – одновременно – источник пожара, гибели, символ войны. Недаром древние греки наделяли только богов правом и способностью владеть и управлять огнем. А когда один из родственников главного бога – Зевса – титан по имени Прометей украл огонь у бога огня Гефеста и подарил его людям, то его наказали так, что мало не покажется: приковали к скале, куда к нему прилетал орёл и выклёвывал его печень, которая каждый раз снова отрастала. Длились эти мучения очень долго: то ли одну, то ли тридцать тысяч лет,  – пока Геракл не убил стрелой орла и не освободил Прометея. Ну и  Зевса уговорил простить Прометея. Произошло это незадолго до  Троянской войны. А спустя тысячелетия Прометей в европейской культуре стал символом «борца за интересы людей» и  естественным образом проявился в виде метафоры при описании революционеров. К нему же примкнул и горьковский Данко со своим пламенным сердцем…

У всех народов, во всех культурах были придуманы боги и духи огня. У индусов – Агни, бог огня и домашнего очага. Он и сам – домашний бог, осуществлявший связь людей с другими, менее доступными богами. В славянской мифологии есть и духи огня и боги, связанные с огнем: Перун распоряжался громом и молниями, Хорс – Солнце, Сварог – искусный кузнец, который «сварганил» вообще весь этот мир, Сварожич – возможно, сын Сварога, воплощенный непосредственно в огне, Семаргл – олицетворял небесный огонь, и др. В христианстве отдельного бога огня, разумеется, нет: на то оно и единобожие, произведенное на основе монотеистического иудаизма. Но огонь как персонаж христианской мифологии присутствует. Причем в двух ипостасях, и как «зло»  – адское пламя, и как «добро»  – «благодатный огонь», нисходящий на  Пасху.

Но я не могу не вернуться к  Прометею… Если вы сами еще не догадались почему, то сейчас поймете. Древнегреческие мифологи (так я назвал тех, кто сочинял мифы) были ребятами талантливыми, знали толк и в создании занимательного сюжета, и в нравоучениях. Поэтому наказания одного лишь Прометея им показалось маловато, и они решили, что людей – получивших огонь, надо как-то тоже наказать, они должны чем-то поплатиться. То, что этим авторам пришло в голову, не может не вызывать восторга, восхищения их гениальностью. И остроумием, конечно, хотя это остроумие «на грани фола». Судите сами: боги в наказание людям создали женщину! (Каково?!) Зевс распорядился, и Гефест, смешав глину с водой, создал первую женщину. Афродита тоже участвовала и наделила ее красотой, Гермес – сладкоречием, хитростью и коварством, а Афина научила ее одеваться и сама нарядила в привлекательные одежды. Имя ей дали – Пандора, что переводится как «подарок» или «одаривающая». Но посмотрите, что за «подарочек» получился. Первым делом она соблазнила брата Прометея, отбывающего наказание на скале, и, поселившись в его доме, обратила свое любопытство на сосуд, открывать который ей было запрещено. И не просто тупо «нельзя», а с объяснением: если ты его откроешь, оттуда вырвутся все несчастья и человечество навеки будет погружено во всяческие беды. Ясно, что она так и поступила (потом у  Чехова со  Станиславским будет сценический персонаж с подобной функцией – ружье, которое обязательно должно выстрелить, коли уж его на сцене повесили). Так что несчастья вырвались наружу, и до сих пор никто их загнать обратно не смог, а словосочетание «ящик Пандоры» до сих пор очень любят политические журналисты.