Впрочем, сохранились данные и о более убедительной победе римлян. Они касаются участи пленных германских женщин. «Когда император спросил женщин из этого племени, взятых в плен римлянами, желают они быть проданными или умереть, они предпочли последнюю участь. Когда же их продали, все они убили самих себя, а некоторые еще и своих детей». Здесь Дион имеет в виду женщин кеннов. Но если бы положение римлян было плачевным настолько, насколько хочет представить Дион, кенны не позволили бы противнику продать или уничтожить их женщин и детей, а римляне не посмели бы. Значит, ситуация была неопределённой и германцам тоже пришлось многим жертвовать. Ведь тот же Дион пишет, что Антонин разорил всю их землю и все море, не оставив ничего, что не пострадало бы. Результатом этих обширных военных операций стало то, что племена, противостоящие Верхней и Нижней Германии, были вынуждены подписать новые мирные договоры и передать новых заложников и новобранцев для армии Каракаллы.

Правда, всю Германию римляне разорить не смогли бы. Мы уже отмечали, что вся кампания, на самом деле, заняла весьма непродолжительный срок. Она продлилась не более шести недель между 11 августа, когда Каракалла все еще находился в Реции, и началом октября, когда сенат в Риме утвердил его победный титул императора. Уже в октябре Каракалла покинул этот регион и двинулся на восток. Почему он так торопился? Потому что хотел, как можно быстрее покинуть эту негостеприимную страну, обманувшую его надежды и даже вызвавшую тяжкую болезнь. Если бы победа была полной и убедительной, он не ушёл бы так спешно, эвакуировав войска из Аламаннии.

Таким образом провалилась последняя попытка Рима завоевать Большую Германию. Понятно, что официально поход был объявлен успешным. Сенат провозгласил Каракаллу Germanicus Maximus и Magnus. В Верхней Германии и Реции на это ответили установлением многочисленных надписей, прославляющих победу Каракаллы. Согласно совокупности арвальских надписей, 6 октября 213 года в Риме по поводу победы уже было произведено жертвоприношение. В этот день в качестве жертвенных животных упоминаются семь быков, из них два белых и шесть коров, всего одиннадцать голов крупного рогатого скота с позолоченными рогами. Такое же число было принесено в жертву Нероном в 59 году (Acta, LXXIV) и превышено только в 101 году, когда Траян принёс богам двенадцать голов за будущую победу над даками (Acta, CXLff.). Тут ведь дело в чём.

Если после убоя одного из животных во внутренностях обнаруживался дефект, необходимо было повторять забой до тех пор, пока внутренности не показывали благоприятный результат. Мы знаем от Плутарха (Aem. 17.6), что в отдельных случаях это могло происходить до двадцати раз. Поэтому, в дополнение к упомянутым одиннадцати экземплярам, необходимо было держать наготове и подготовить достаточное количество резервных животных (hostia succidanea) каждого из четырех родов, названных в числе жертв. Внешне эти животные тоже должны были быть безупречными, учитывая множество деталей, которые мог рассмотреть только специалист. Все это означало покупку немалого стада отборного скота, которое надо было ещё пригнать в самое сердце огромного города.