Наконец, община упорядочивала правовой и хозяйственный оборот земли, передавая земельные участки во владение отдельным крестьянам и устанавливая сроки проведения полевых работ.

С учетом этих функций понятно, почему сама община являлась важной ценностью.

Кроме того, в неявном виде русская община несла в себе и высшие общечеловеческие ценности, представляя для русского крестьянина конкретное воплощение такой ценности, как человечество (человеческий род) или, по крайней мере, родной народ. Тратя усилия на сохранение общины, «страдая за мир», человек способствовал сохранению всего народа в целом.

Община конкретизировала для ее членов и другую высшую ценность – общество. Человек как личность, как социальное существо возможен только в обществе. Ему для процесса социализации, становления личности необходимо общество в качестве решающего предварительного условия. Но чтобы не утратить корней, сохранить связь со своими предками, он нуждается в обществе близком к тому, в котором они жили. Иначе возникает опасность массовой «манкуртизации», что чревато всякого рода неприятностями (манкурт, по Ч. Айтматову, человек, лишенный памяти и готовый рабски служить хозяину). Следовательно, эволюция общества должна быть достаточно медленной. И если община воспроизводила русских людей в качестве именно русских, она должна была храниться и сберегаться ими как фундаментальная ценность. Так оно и было, поскольку отмечено, что в последней трети ХIХ века в некоторых местах, где вводился передел земли по душам, крестьяне соглашались на него не из корыстных побуждений (возможностью воспользоваться чужой собственностью), а стремясь сохранить общину как форму быта [В.В. 1882, с.42]. Да и в Сибири, где крестьяне поначалу часто вели псевдохуторское, «заимочное» хозяйство, по мере роста плотности населения община восстанавливалась как социальный институт для регулирования поземельных отношений крестьян и взаимодействия с государственной властью.

С важнейшими функциями община связана и ее вторая высшая ценность – индивид, т.е. общинник в обеих своих ипостасях: и как биологическое существо, жизнь которого нужна «миру» для воспроизводства и существования, и как субъект деятельности, «труженик», чьи усилия облегчают общее бремя.

Исходя из этой ценности, нельзя дать человеку умереть с голоду, особенно если это ребенок (ибо «кормится сирота – растет миру работник»). Но и одинокого беспомощного человека надо поддержать, обеспечить пищей и кровом. Для этого он может «ходить по миру», кормясь более или менее поочередно у крестьян и выполняя посильную работу у них в доме (присмотр за детьми, приготовление пищи, передача легенд и преданий и пр.). А в случае серьезной нужды работоспособный крестьянин мог прибегнуть к своеобразному виду социальной взаимопомощи, широко распространенному на Руси, – «хождению в кусочки». Суть этого способа в том, что крестьянин, у которого в данный момент не оказывалось хлеба, ходил по соседним дворам и деревням, прося хлеб. И ему подавали «кусочки», большие или меньшие части каравая. И если с помощью «кусочков» крестьянину удавалось «перебиться», он находил работу и покупал хлеб, то он «возвращал» его любому другому крестьянину, оказавшемуся в трудном положении. Это не был кредит, принятый в странах рыночной цивилизации, ибо ни о каком возврате долга и речи быть не могло, само понятие «долг» в данном случае неприменимо. Не было это и нищенствованием, которое является своеобразным ремеслом [Энгельгардт. 1960, с.42 и др.].