Раздробленность земельных наделов в России является хорошо известным фактом. Проиллюстрируем ее лишь несколькими примерами. Так, в конце 19-го – начале 20-го века некоторые крестьянские наделы состояли из «100 и более узких аршинных полос», «двухдесятинные полевые наделы отдельных домохозяев» были «разбиты на 20 и более полос шириною аршина в 4, а длиною в 120 сажен». Имелось сельское общество, «где каждый из однообщинников в трех полях» владел «60 дачками, площадью от 80 до 400 кв. сажен». Даже подворные наделы крестьян, не входивших в общину, состояли в зависимости от величины от 45 до 171 участка и были разбросаны на протяжении до 5 верст [Анфимов. 1980, с.84].
Ведение хозяйства на удаленных друг от друга и от жилища клочках земли возможно лишь с помощью простейших и легчайших орудий, ремонт которых не представляет труда в полевых условиях, по крайней мере, они должны быть легко перемещаемы к месту ремонта. Ясно, что это препятствует прогрессу земледельческой техники. И понятно, почему соха так долго держалась в России (правда, есть и другое основание ее длительного применения – тонкий слой гумуса на российском суглинке).
Хозяйство, которое велось в таких условиях, экономило труд там, где это было возможно, но часто подобная экономия превращалась в бесконечное «латание дыр», то есть оказывалась худшим видом расточительства. Приходилось отказываться от крупных затрат труда, дающих долговременный эффект, что оказывалось тормозом на пути интенсификации хозяйства. Не случайно более или менее зажиточными крестьянскими хозяйствами (именно крестьянскими, а не кулацкими, «мироедскими») оказывались те, где семья была велика, имела много рабочих рук, участки земли были объединены и работы велись сообща. Важно было при этом умение хозяина распорядиться («загад»), но коренная причина зажиточности была в другом. Ибо и при плохом хозяине двор оставался зажиточным, если «нивы» оставались «большими», а работы велись сообща [Энгельгардт. 1960, с.281–284].
Хороший «загад» хозяина мог, видимо, проявиться в целесообразном использовании рабочего времени в течение года. Отмечено, что задачей русского трудового крестьянского хозяйства, противопоставляемого А.В. Чаяновым «немецкому капиталистическому», является обеспечение средствами существования действующей семьи путем оптимального использования средств производства и рабочей силы, находящихся в ее распоряжении [Чаянов. 1989, с.62–63]. И эта задача (прокормить семью) традиционно поддерживалась общиной. В течение года хороший хозяин мог более или менее рационально распорядиться рабочим временем. Но на что тратилось рабочее время в течение дня: собственно на работу или на перемещения к месту работы? Видимо, раздробленность земельных наделов в общине не давала возможности крестьянскому труду на земле быть