Наконец, очевидно, что она составлялась на основе очередной, якобы «правильной», либеральной идеологии, заимствованной ее авторами из некритически воспринятого опыта западной демократии. Цель ее принятия якобы состояла в возможно быстром переходе от «тоталитарного общества» к «современному», от «патерналистско-криминогенного квази-государства» к «правовому» и т.п. [Становление новой российской государственности. 1996, с.12–14 и др.]. Прошедшие же десятилетия со всей очевидностью показывают, что эта идеология служила прикрытием главной реальной цели «реформаторов» – возможно быстром присвоении общественного богатства, накопленного гражданами России (и СССР) в течение советского периода и ранее.

В этой связи является лукавым (а, точнее, лживым) второй пункт статьи 13 Конституции РФ, включенный в нее ее составителями. В нем говорится, что «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Сомнительно, что авторы этой Конституции наивно полагали, что идеология того или иного общества должна быть заявлена в документе, подобном «Манифесту Коммунистической партии». Если считать идеологию системой взглядов, имеющих целью защиту ценностей и интересов, то вполне достаточно заложить ценности и интересы в основу правовой системы государства и обязать государство их защищать.

Без той или иной идеологии никакое государство (и общество) не могут длительно существовать и устойчиво развиваться. Известно, «разруха начинается в головах» (Булгаков, вероятно, перевел на общеупотребительный язык мысль О. Конта об анархии умов как предпосылке и следствии Французской революции, а также связанных с нею ужасах). Сказано также намного раньше, что «если царство разделиться в самом себе, не может устоять царство то; и если дом разделиться сам в себе, не может устоять дом тот» [Мк. 3. 24–25].

Без наличия национальной идеологии вся правовая система (равно как и практическая политика руководства страны) может представлять собой лишь более или менее осмысленный набор правовых актов (и практических действий во внешней и внутренней политике). Поэтому любая конституция должна строиться на основе определенной идеологии, если, конечно, считать идеологию «системой утверждений относительно ценностей и фактов» [Смелзер. 1994, с.35], а не «совокупностью разнородных более или менее упорядоченных иллюзорных идей, концепций, мифов» и т.д. [Овчаренко, Грицанов. 20018, с.352]. Короче говоря, проблема состоит не в том, чтобы иметь или не иметь государственную идеологию: ее наличие обязательно для существования государства. Проблема состоит лишь в выборе конкретной идеологии из массы возможных. Причем критерием отбора идеологии является ее способность защищать коренные интересы и высшие ценности граждан той или иной страны.