Дни и ночи слились воедино, тянулись однообразной чередой, похожи друг на друга. Ночи дивизия проводила в дороге, днем же, когда не было тумана, солдаты отсиживались в лесах и балках, в рощах и перелесках, пытаясь слиться с красками осенней земли.

В одну из ночей прошли через вымерший, без единого огонька Хорол. В городе были немцы, но они, видимо, не ожидали, что у русских хватит смелости попробовать пройти у них под носом, и упустили подразделение. На их (Шатилова и его солдат) счастье, ночь была темная и ветреная. К тому же дивизия шла осторожно, соблюдая все правила маскировки. Разведчики ловко, без шума сняли часовых, охранявших мост через реку Хорол. Удалась эта операция, прежде всего, благодаря капитану Паулю Кербергу. Эстонец по национальности, Керберг в совершенстве владел немецким языком. Он рос в окружении детей прибалтийских немцев, и, по сути дела, немецкий был его вторым родным языком. Его он изучал в школе, затем совершенствовал в военном училище. Пауль в оригинале читал Гете и Шиллера, Маркса и Энгельса. И внешне он очень похож на немца: светловолосый, голубоглазый – истинный ариец. Зная это, командование часто использовало его и как переводчика, и как руководителя разведывательных групп в особо важных случаях.

Когда Шатилову доложили о том, что пройти мост в Хороле нельзя, а он усиленно охраняется, он сразу же вызвал Керберга. Задачу тот понял с полуслова. Надо заметить, что капитан знал караульную службу гитлеровцев и действовал в соответствии с их уставом. Быстро была извлечена из чемодана трофейная офицерская шинель, фуражку, ремни, и Керберг облачился в них, став настоящим часовым начальником. Вместе с четырьмя разведчиками, также одетыми в немецкую форму, он направился к мосту. В подобных случаях для успеха операции нужна тщательная подготовка: желательно путем наблюдения установить время смены часовых, потому что неурочная смена часовых может насторожить фашистов и все пойдет прахом. В идеале нужно было бы узнать и пароль. Но на такую тщательную подготовку у нас времени не было. Керберг строил расчет на темную ночь и кажущуюся строгость: он прекрасно играл роль разгневанного фашистского начальника, который приводит в трепет солдатские души. Все произошло так, как было задумано. На вопрос часового: «Пропуск?» Керберг начал грубо ругаться, вроде того, мол, почему этот каналья часовой не узнает своего начальника, мол, оглох или ослеп он, что ли. Пока растерянный солдат выслушивал брань офицера, разведчики, которые сопровождали Керберга, подошли сзади и без шума прикончили немца. Примерно так же развивались события и на другом конце моста, где стоял второй часовой. Путь через реку был открыт.